Обманная весна

Иван подумал, что Грин просто взбешен, но он спокойно сказал:

– Если такая проницательная, что ж меня Грином не назвала?

– Я думала, ты не любишь прозвищ, – сказала девка. – Что такое «Грин»? Тебя так звали твои… хозяева?

– Она издевается? – спросил Иван, взглянув на Грина. – Может, влепить суке, чтоб говорила по существу?

– Погоди, – Грин несколько секунд молчал и разглядывал вампиршу. – Ладно. Как тебя звать по-настоящему?

– Кому это интересно? – девка пожала плечами и ее лицо дернулось от боли. – Антонина Львовна Лукс.

– Когда?

– Невежливо спрашивать даму о возрасте, – сказала вампирша, усмехнувшись, и добавила после паузы. – С июля тридцать восьмого. Доволен?

– Тогда издохла?

– Перешла.

– Куда, на хрен, ты перешла? Говорить по-человечески разучилась?

Вампирша вздохнула и подтянула к себе раненую ногу.

– Наивничаешь, Ван Хельсинг? Ты не знаешь, что такое Инобытие? Ты? Ты ведь уже умирал…

Грин сощурился.

– Ну и что? Я – живой!

Девка потянулась всем телом, стараясь как можно меньше двигать закованными руками.

– В некотором роде. Но не настолько, как думаешь.

Грин нагнулся к ней так низко, что Иван испугался за его лицо:

– А ты думаешь, что тебе сейчас больно, бедная сучка? – спросил он проникновенно. – Совершенно напрасно. Ты понятия не имеешь, что можешь узнать в этом направлении…

Вампирша улыбнулась неожиданной улыбкой, теплой, похожей на человеческую – только клыки ее выдавали:

– Ну почему же, Грин. Я знаю. Как ты думаешь, для чего я искала тебя нынешней ночью?

Грин рассмеялся коротким злым смешком, а Иван, впервые за время их ночных странствий, до конца, телом, кровью и костями, уверовал в дьявола и его силу.

Искала? Либо ложь, либо хуже, чем ложь.

– Я не знаю, – сказал Грин. – Если только ты вправду меня искала. Чтобы убить?

– Нет, – девка развалилась по полу и снова потянулась, как кошка. Обугленная кожа на ее запястьях задымилась, но лицо выражало болезненную мечтательность и казалось очень одухотворенным. Иллюзия высшей пробы, подумал Иван и содрогнулся.

– Божий промысел? – спросил Грин насмешливо.

– У каждого – свое время жизни и время смерти, – сказала вампирша. – Отказался от легкой смерти, экселенц?

Иван слушал и ужасался силе дьявола. Гадина не просто читала мысли. Она каким-то образом видела Гриново прошлое.