Океан уходит, океан приходит

Но все же следующие несколько дней она пребывала в куда более приподнятом настроении, что, конечно, не осталось незамеченным… С ней опять «поговорили», и она снова бродит бледной тенью по коридорам центра. Про девушку-призрака и надежду Кимми забыла, и вот теперь-то она уже совсем сдалась. Но тут в Центр поступил новый заключенный.

Она услышала о нем гораздо раньше, чем увидела.

− Очередной тяжелый случай…

− Ведь все порталы закрыли, ну точно, специально находят нас! − донеслись до нее обрывки разговоров. Она брела вместе с остальными в столовую, под конвоем.

Хорошо знакомая ей баба, которую, как оказалось, звали Роззен, заметила, что Кимми невольно повернула голову, услышав эту новость, и тут же повысила голос.

− Что вы, коллеги, − отчеканила она, пристально глядя на Кимми. − Подобные им просто не способны на такое. И да, я не соглашусь с доктором Рэзн, от них нельзя получить никакой полезной информации, разве что для показательной операции они и годятся… − Роззен говорила нарочито громко и все время смотрела на нее, будто обращаясь именно к ней.

− Жаль, что превратить этих странников, как они себя называют, можно только с их согласия, до чего нелепо. Они так цепляются за свой так называемый дар…«Она ждет, что я вот-вот скажу: «Cделайте меня нормальной, я согласна», − догадалась Кимми. − А мне уже все равно. Но не буду произносить этого вслух. Подожду, пока сами спросят. Или когда мне будет еще «все равнее»… Новичка жалко, конечно…»

А спустя пару дней, в столовой, когда она сидела, уныло царапая ложкой безвкусную массу, − есть сегодня совершенно не хотелось − из коридора вдруг донесся шум.

 

− Да я вас тут всех... Сдохни, сука! − дверь в столовую вдруг вылетела, и сначала она увидела, как на пол полетел оглушенный санитар, а за ним незнакомый парень, огромный, плечистый. Даже наемник Трэй и тот не был таким громилой.

«Вот дает!» − как-то равнодушно подумала она. И с грустью заметила про себя, что даже этот здоровяк долго не продержится. Уж она-то бывалая, она уже прошла через стадию сопротивления.

Все это бесполезно. Не будет она смотреть, иначе на душе станет совсем гадко. Ведь и Кимми недавно была такой же, в ней был дух воина. Но вдруг в ней проснулось любопытство, давно спящее. Она все смотрела и смотрела. Парень был не из красавцев, довольно-таки грубо выструганный, но ох и силища же! На здоровенных ручищах его вздулись вены, когда он поднял стол и перевернул его прямо на подступающих санитаров.