Океан уходит, океан приходит

Все-то у нее по жизни с шумом и с помпой, она врывается в твою жизнь, оглушая, ослепляя, сбивая с ног, вот она я, явилась осчастливить тебя своей персоной! Причем этот рыжий ураган такой славный, что ты охотно позволяешь ему закружить-завертеть тебя, и нисколько не напрягает даже ее резво скачущее настроение «Я немножко истеричка», − призналась она мне в нашу первую встречу. «О да, совсем немножко!» − хором воскликнули Нали и Братишка.

Братишка. Самое спокойное создание на свете, − разве что в нашу первую встречу я бы о нем такого не сказал − чудесное, доброе и очаровательно застенчивое.

Скажет максимум пару фраз за вечер, но от одного его присутствия как-то уютнее и светлее. Мы все постоянно пытались учить, наставлять его, ну как же, мы все уже типа взрослые, бывалые, тертые калачи, познавшие жизнь. Он слушал, не возражая, и тихо делал все по-своему. В глубине души мы знали, что в некоторых аспектах он куда умнее нас, этот четырнадцатилетний или уже пятнадцатилетний мальчик. Где-то, конечно, ужасно наивен и невинен, но ведь так и должно быть, в его-то возрасте.

И Кэй. Я сейчас меньше всего волнуюсь за него, но не могу не упомянуть и его, нашего проводника. Ведь именно он открыл мне, кто я такой, кто мы все такие. И чем объясняются те непонятные события в моей жизни…

О которых я до сих пор ни с кем не разговаривал. Из-за которых был уверен, что я − шизофреник, притом опасный для окружающих, из-за которых я так долго терпел все издевательства, добровольно залезал в клетку.

«А теперь шутки в сторону», − сказал тогда Кэйанг. − «Нашему новому приятелю придется пройти обряд инициации, правила есть правила!»

Инициация странника, говоря простым языком − это его первое путешествие, первый проход сквозь грань между мирами. Он взял меня за руку, и внезапно снова наступила та ночь, ночь, которую я так старался изгнать из своей памяти. Мне как-то удалось внушить себе, что это был банальный ночной кошмар, просто очень реалистичный и убедительный.

Густой и непроходимый лес, колючие ветки царапают лицо, ты слепо шаришь руками в темноте, пытаешься защитить глаза, руки то и дело натыкаются на что-то липкое… Ты понятия не имеешь, как очутился тут, и не хочешь знать, в голове лишь одно − бежать, спасаться! И неожиданно ноги находят тропинку. Деревья и кусты плотно окружают ее − приходится бежать, пригибаясь.