Океан уходит, океан приходит

Так сложно, но в то же время так просто. А река впадает в океан...

— Кэйанг! — вдруг окликнул его тинет. Голос его как-то изменился, это не был больше глубокий и спокойный голос типичного представителя морского народа. Кэй обернулся.

— Бывает, люди не желают, чтобы их вытаскивали из воды. И против этого ничего уже нельзя сделать. А бывает, что, пытаясь вытащить кого-то, ты и сам идешь ко дну. Такое тоже случается.

— Очередная водная загадка от тинета? — усмехнулся проводник.

Только никакого индейца уже не было. А в груди вдруг возникло смутное ощущение тревоги. Но Кэй быстро избавился от него. 

Он спешил, очень спешил. Кто знает, как долго он тут пробыл? Как течет время там, где оно не властно?

Глава 21. Секреты центра, часть вторая

Я не могу многого рассказать о том дне, когда умерла. Помню наглухо закрывшуюся стальную дверь и темноту подвала. Помню бесконечные коридоры, по которым меня тащили.

Помню страшной силы смрад, помню панику, отбросившую меня назад к двери, заставившую измочалить руки в кровь о холодный металл. Помню, как поднялась решетка, смутно различимая в темноте, и помню, как я совершенно охрипла от крика, когда увидела ИХ. Они приближались медленно-медленно, потому что их было так много, слишком много. А вот боли совсем не помню, что странно. Лишь секундную вспышку, перед тем как глаза закрыла пелена, сначала красная, потом постепенно выцветшая до облачной белизны. Я думаю, боль была, просто угасающий разум решил отсечь ее. И спасибо ему за это.

Первое, что я увидела после того, как ко мне вернулось зрение и вместе с ним осознание, что я почему-то осталась тут, в Сьюме − Зил, изо всей силы ударяющий кулаком по стене. А затем как он разворачивается, − вывихнутые распухшие пальцы, кровь… и абсолютно ничего не выражающее лицо, от которого мне стало даже страшнее, чем в подвале. Я бросилась к нему, но в следующую секунду уже почему-то очутилась в кабинете у Роззен.

На столе у нее лежала папка с моим делом, у нас всех были такие. Лаконичная и сухая летопись моей пятнадцатилетней жизни. Роззен долго смотрела на главную страницу, ту, что с фотографией.

− Никчемная идиотка, − проговорила она, покачав головой. Я решила, что это она про меня, но она смотрела куда-то вдаль, и мысли ее были далеко. А потом − я глазам своим не поверила − схватила ручку и быстро вписала прямо под моей фотографией буквы «С» и «Э». Скрытый эуктор.