Будь моим Водителем. Часть 1. Слово Внешнего

– И тут… получается, теперь у меня есть брат, и дом, и…

Его голос прервался. Марек молча обнял Вэла за плечи и направил к крыльцу. Последние опасения рассеялись. Забрать Вэла с собой было единственным возможным вариантом, и таким же единственным вариантом будет поселить его там, где жил Птаха. Все будет так, как должно быть.

- Ух ты! – Вэл оглядел кухню. – Прямо как у бабушки. Она в Старом городе жила, и я у нее. Мать только в последний год меня забрала, чтобы в старшие классы я в новую элитную школу пошел.

- Так, стоп.

Тебе сколько лет?

- Пятнадцать. Знаю, что выгляжу младше. Собственно, у меня ведь день рождения был, а толку от него… - Вэл помрачнел. – Гостей не води, не наш уровень, в ресторане сиди, как кол проглотил, и цени, по каким крутым местам тебя водят и какая у тебя крутая школа, не то что тот отстой…

Марек только вздохнул. Мать Вэла, похоже, была женской версией Никитоса. Спасибо еще, что из-за скорой эмиграции мелкого Вадика не пытались пихать во всякие элитные школы, да и учился он хреново, так что даже Никитос понимал – не выйдет.

А Вэл продолжал со злостью, которой Марек у него еще не видел:

- В том «отстое» у меня хоть друзья были. Не близкие, но все равно. А в этой элитной – только Ромка. Не знаю, как он туда попал, вообще не тот типаж, там обычно все такие прилизанные мальчики, «верхние» из «верхних». Класс математический, - пояснил он, - девчонок почти не было. Только и разговоров, кто в каких кабаках бывал и кому папа круче институт купит. Про то, чтобы самим поступать, обычно и не думали, хотя вроде как школа для самых умных.

А на деле эти умные двух слов связать не могут, им родители все оценки покупают. И был Ромка. Веселый, шумный, учителей донимал своими приколами, а что с ним сделаешь, он реально был лучшим учеником, круче меня. Мы все с ним соревновались, но не как другие – мол, я крут, а вы отстой, и вообще я всех купил – нет, по-доброму так, садились в парке и давай решать на скорость. Я тоже отличник, но мне и подумать приходится, и переделывать, а он на лету хватал, сложнейшие задачи вообще импровизировал. А еще экстрим любил. То на крышу вылезет, то пожарные лестницы исследует, то еще что…

Он замолчал. Марек лишь жестом показал – не стесняйся, я слушаю. Он уже хорошо знал это состояние, когда и говорить сил нет, и молчать невозможно. Вэл кое-как совладал с собой и заговорил снова, только теперь его голос звучал глухо и сдавленно:

- Они в Нижний город пошли, где пути не огорожены.