Будь моим Водителем. Часть 1. Слово Внешнего

- Расскажи, Марек, - попросил Вэл. – Расскажи, как ты стал Внешним. Просто… я понимаю, что все это, скорее всего, действительно сказки, и все не так, да вон уже много что оказалось не так, но вот тебя я просто не могу представить никак иначе. Как будто ты всегда таким вот Гонщиком и был.

- Хочешь убедиться, что тоже можешь стать таким же? – усмехнулся Марек.

- Ну… наверное, да. Чтобы уже точно понять, что все по-другому. На самом деле – ты, наверное, смеяться будешь…

- Не буду, - твердо сказал Марек. Вэл благодарно улыбнулся.

- Да я сам понимаю, что смешно, просто… ну вот понимаешь, я же сознательно ушел вот именно с тем самым Гонщиком. Про которого начитался и наслушался более чем. То есть я был готов увидеть все, что угодно… или вовсе ничего. С «ничего» вроде еще вчера разобрались, ладно. Но тут могло быть абсолютно все, не знаю, секретный подземный бункер, пустоши Фоллаута – люблю, кстати – а может, вообще какие-нибудь джунгли, глобальное потепление же. И я бы не удивился, потому что так и надо.

И тут вдруг такая обычная обстановка, и я как будто все еще тот пацан, которым был. Это пройдет.

Последнюю фразу Вэл произнес без особой уверенности, и Марек обнял его за плечи:

- Конечно, пройдет. Если моя история тебе в этом поможет – конечно, я расскажу все, что ты захочешь узнать.

Они проговорили до самого вечера, отвлекаясь разве что на остатки вчерашней пиццы и чай. О жизни в Верхнем городе Марек почти не стал говорить – Вэл и так все о ней знает, да и незачем лишний раз упоминать имена и места, которые могут пересекаться.

Хотя Вэлу, так получается, было тогда всего-то девять лет, он мог максимум где-нибудь в новостях мельком услышать о происшествии на железной дороге. Другой вопрос, что его мать запросто могла быть из тех же кругов, куда так рвался Никитос. Так что – лишнее. Да Вэл особо и не спрашивал. Разве что заинтересовался «Клубом городских легенд» и вздохнул:

- У нас такого не было, я только в сети разные байки читал. Ты, выходит, совсем как Ромка был.

Такой же компанейский и отчаянный.

- Что отчаянный – это точно, - усмехнулся Марек и, переводя тему, заговорил о своем уходе из дома и встрече с Птахой. На своей гибели и «развилках» внимание он заострять не стал, но Вэл очень внимательно слушал, как они «заметали следы». Не стал пока рассказывать и про множество реальностей – слишком ясно помнил обмякшего в машине Вэла. Наверное, действительно просто еще рано, да и его уход к Внешним получился крайне жестким.