Колдун

Одел шлепки, пакет в руки, сигареты забыл, пришлось повозиться, извлечь одной рукой пачку из кармана куртки, а потом еще и зажигалку, пакет ставить на пол как-то не хотелось. Черный мешок зашуршал в зеве мусоропровода, громко ударившись об что-то металлическое внизу.

- Здрасти - за спиной послышался детский голос.

- Здрасти - ответил я, оборачиваясь.

Малец, лет десяти, в шортах и майке, правая коленка сбита, лицо светлое и добродушное, как у большинства детей его возраста.

- А что это вы тут делаете? – глупо спросил он.

Это он про сигареты или про мусор? В обоих случаях одинакова тупо, хотя ребенок, ему же главное общение.

- Выполняю работы по дому, - интересно чей он, вроде со второго этажа, там у вновь въехавших, пацан имеется, его возраста.

- Понятно - весело отзывался он, -это вам.

Он засунул руку в карман и извлек желтое пластиковое яйцо, что в «киндер-сюрпризы» кладут. Меня прошиб озноб, суставы на ногах заломило, словно в ледяную ванну залез.

Я машинально шагнул назад, едва успев остановить руку от создания оглушающего заклятья. От подарка веяло ужасом и угрозой, но не настолько, чтобы калечить ребенка. Тварь нашла посыльного, они любят для таких целей выбирать детей. Их легко одурачить и в ответ ударит не каждый. Я пока не мог понять, что за тварь укрылась в желтой колбе, но то, что я с ходу с ней не справлюсь, это факт. Это как ночью встретить амбала с битой в руках. И уже нет разницы, заниматься он единоборствами или поет в хоре, расклад, как говориться на лицо.

- Берите, берите! – он потянулся вперед, из всех сил вытягивая руку с мерзостью.

Я прижался к мусоропроводу, почти не дыша, стиснув зубы так, что казалось они раскрошатся. Легкая паника, нагнетаемая инстинктом самосохранения, требовала активных действий и радикальных способов устранения угрозы. Я тихо выдохнул.

- Тебе кто это передал?

- Никто - и с явной гордостью, свойственной детям, сообщил он - сам смастерил.

Нравиться?

Мозг отказывался правильно воспринимать слова, в ответ я сипло выдавил.

- Врешь.

Я просто отказываюсь верить, что малец на такое способен.

- Я никогда не вру - обижено пробубнил он, убирая руку.

Я наконец немного оправился от первого шока, быстро растянул пространство, намереваясь начертить символ испуга. Но, тут же отбросил эту идею, малец может испугаться и швырнуть эту мерзость в меня.