Чудо в перьях

Он было пустым и матерщинным, Рыбки в аквариуме захлебнулись и утонули.

-Злое утро, Люля! Сказал он.

-Нет, доброе! Сказала она.

-Вокруг пусто и серо! Сказал он.

-Это в тебе всё пусто и серо. Сказала она.

Люлёнок открыл глаза и не увидел Люлёню,

Вместо нее сидел Иной человек.

-Где сестра моя? Сказал он.

-Ты волшебник! Это же я! Сказал Иной человек.

-Не может этого быть! Сказал он.

-Ты не помнишь вчерашнего пальца моего, говорившего тебе?! А сейчас ты показываешь его мне, бывший палец мой?? Но что же он замолк?

- Не стрижен ноготь.

Сказал он.

И вдруг Люлёнка осенило, обелило, окраснило! Что я наделал?!

-Нет, сестрёнка, всё не так! Мир ещё только в зачатке, и это потому, что многих устраивает такой мир, и это потому, что многим выгоден этот мир, хоть и нету его нигде уже миллионы лет.

Шоколадный Ленин сполз со стены и побежал из Польши к Финской границе. Все в отсутствующем мире плакали и палец Иного тоже слёзы лил.»

В пятом ряду вскрикнула беременная писательница научной фантастики, она же крановщица башенного крана, Малькова.

Изо рта её, облагороженного толстым налётом бордовой помады, выплеснулись на волю рыдания, каких и на похоронах великих людей не всегда услышишь. Её били конвульсии. Беленький беретик спрыгнул от сотрясения тела на огромный живот, а руки взметнулись к потолку трепеща дрожащими пальцами.

- Пре - выскочило по частям из её волнующейся груди сильно сдавленное всхлипами слово - красно! Пре-е-вос- ходно!!!

Ей дали пива.

Чтобы она перевела дыхание. Воды на заседании объединения никогда не было.

- Это восхитительно, поразительно, изумительно и многозначительно!- Успокоившись, выстрелила Малькова короткой очередью эпитетов. - Так мог написать только Хэмингуэй или Лев Толстой. Какие слова! Какой накал! А философия?! Да это же невероятные Кант, Гегель и Лаплас вместе сложенные. Глубоко! Ёмко! А шоколадный Ленин на стене! Шедевр авторского воображения! Как интеллигентно и тонко изложено! Рекомендую издать роман в трёх томах и перевести его на Французский, Чувашский, Бенгальский и Старославянский языки.

Пусть и верующие читают, хотя их запретили. Но они есть. И многое из текста поймут о Боге. Нет, если Якушева не издадут - я на нашего председателя анонимку напишу в ЦК партии и из крановщиц уволюсь. Пусть на кран директор треста сам лазит туда - сюда по десять раз в день за девяносто рублей.

- Бесспорно - текст хорош.- Согласился Панович Андрей Ильич.