На всех парах в небо

Она оскалилась на них, но почему-то ничего не могла сделать. Древний демон, уничтоживший сорока тысячную армию богоподобного Менгалана оказался бессилен перед двумя людьми в бронежилетах. Вот один из них стреляет ей в голову. Один раз, второй. Кровь на зелёных обоях, тёмно-красная, почти чёрная расплылась кляксой. Капитан смотрел, как падала Берит, как она беспомощно вскинула руки. Веки его медленно сомкнулись, и в последний миг, перед полным забытьем, Притчарду показалось, что он услышал отдалённое завывание ветра в Пустой Четверти и еле различимый голос Берит.

***

Сумев проспать четыре часа Уиллоу чувствовал себя слишком паршиво. После того, как он накупил Люси еды она решила никуда не уходить и запихала всё купленное в ледник. Ночевала она в коридоре под дверью, так как старпом не выдержал бы если его квартира провонялась дикой рес. Сам Кристофер потратил несколько часов на составление нового списка, в которой помимо прочего вошла Люси, но под именем «Капитан Мурена».

Около имени Уиллоу, полностью лишённый даже азов наскальной живописи нарисовал нечто, что должно было быть портретом дикой рес в большой треуголке. И только после этого, переполненный чувством глубокого удовлетворения, он лёг спать.

С утра несмотря на самочувствие ему нужно было идти на мануфактуру, единственное производственное предприятие в Портус Непте, куда он смог наняться в ремонтную бригаду. Труднее было выгнать из квартиры Люси, которая сидела в обнимку с ледником. Кое-как старпом смог её оторвать от ящика с продуктами и пинками вытолкать за порог.

Но прежде позволил ей взять бумажный пакет и забрать из ледника часть из купленного. Проявив предусмотрительность он запер все окна и сказал рес, чтобы она погуляла где-нибудь и не беспокоилась о продуктах. Заявив, что вернётся домой во время обеденного перерыва Уиллоу вышел на улицу, вдохнул полной грудью прохладный утренний воздух, тут Люси скривилась и бросила на него взгляд полный ужаса и сострадании. Ещё раз напомнив ей, что ей нужно придти во время обеда, он надвинул кепку, сунул руки в карманы и поплёлся по улице, влившись в толпу таких же как он, спешащих на работу.

***

Песок обжигал даже через обувь, идти дальше становилось всё труднее и труднее. Это был безмолвный край иссушающей смерти. Здесь не было и намёка даже на чахлую растительность. Только дюны и солнце, которое хотело сжечь бредущую по раскалённому песку крохотную фигурку.