Серебряные слёзы

... так.

- А Ромка? Он знает, что отец – я?

- Откуда он может знать тебя? Знает, что Женя отчим, хоть и зовет батей, а твое у него только отчество в паспорте. Как он может знать... даже фото нет ни одного.

- Не нужно ничего записывать, - медленно произнес он, - ты когда улетаешь?

- Завтра. В одиннадцать утра.

- Хорошо. Дай на всякий случай номер рейса, забью в записную книжку. Я провожу завтра. Там и поговорим, решим окончательно. Спокойной ночи, Маша.

- Спокойной.

Глава 19

Я не спала всю эту ночь.

Я вспоминала и думала.

Мы стали близки с Женей в тот день, когда он первый раз встал на ноги. Это были жуткие ноги – всё те же тонкие палки, но сильные и ловкие. А под штанами их не было видно. Он никогда не прятал их потом от меня, знал, что мне всё равно - какие они. А тогда увел меня в тот дом и доказал, что лучше меня никого нет и не было никогда, и что в этом деле мне нет равных. И я поверила, как можно было ему не верить? Я же видела, как он счастлив со мной.

Он тогда остановил меня и Елизара, не пустив в новый дом.

И устроил выволочку брату за то, что тот не подумал – я одна в доме, который готовил для меня Саша... Всю ночь одна, в слезах, рвущая опять себе сердце. Я спросила, доверчиво прижимаясь к нему и оглядывая новенькие стены:

- А теперь что же?

- А теперь у тебя с этим домом связаны прекрасные воспоминания.

Мы поженились и жили в том доме. Никогда не ругались по-настоящему – ни разу. Порой спорили, доказывая и отстаивая свою правоту друг перед другом почти до крика, но без злобы и ненависти, без намека на небрежение или оскорбление.

Работы хватало – свой дом же, натуральное хозяйство. Я научилась топить печь и готовить в ней, потом на электрической плите. Сейчас уже умела выращивать овощи, доить корову, удить рыбу, водить ГТС. Мы почти всё делали вместе, даже готовили. Только на прииск меня никогда не брали.

И я действительно обжилась там и привыкла – рядом с лешими и вместе с Женей. Городская девочка, видевшая многие страны благодаря своим далеко не бедным родственникам и свободно говорившая на французском и итальянском… была счастлива в глухой тайге, потому что рядом с ним.

И дом наш я полюбила... Такой же деревянный, как и у лешего, высоко поднятый на фундаменте из лиственничных бревен, просторный и светлый. С русской печью и электрической печкой в кухоньке, с удобствами в теплом санузле. На чердаке, утепленный и укутанный, имелся даже смывной бак, воду в который подавали насосом.