Начало

Уже всё закончилось, — адреналин в крови подсказывал, что только что Джо пережил один из самых тяжёлых и опасных моментов в жизни. «Ничего. Больше этому телу ничего не угрожает. Я позабочусь. Только кушать надо побольше.» Какой-то непонятный внутренний голос на самом краю сознания принялся успокаивать Зефа и в подтверждение этой бредовой «бабушкиной» мысли живот снова завыл. До столовой дошли в обнимку. Ханна тихо радовалась возможности побыть наедине. Есть не хотелось, потому она себе взяла только чаю. Села за стол, не удержалась, придвинулась вплотную к Джозефу и положила голову на плечо.

— Просто дай мне минуту, прошу... все, отлипаю.

— Ничего, ты не мефаеф. Боги, как же вкусно! — Джозеф даже и не представлял, что НАСТОЛЬКО проголодался. Он обнял девушку одной рукой, а второй быстро сминал еду. Когда Ханни попыталась отстраниться, то не позволил ей, прижав обратно. — Прости, не уходи никуда, пожалуйста.

— Точно нигде не болит? — Джо усмехнулся на вопрос.

— Болит-то всё так, будто я долго и упорно падал с покатой лестницы.

Но травм точно никаких нет. Повезло, так повезло, — быстро покончив с едой, Коллинз выдохнул и с грустным взглядом отставил тарелку в сторону. Он как будто не наелся, но сейчас продолжать проглотствовать не хотелось. Это же встать. И новую порцию накладывать. Или вообще: выпустить из объятий свою женщину. Потому трапеза подождёт.

Ханна сидела, прижавшись к Джо, и с немного печальной улыбкой наблюдала за его стараниями. Только что пережитый кошмар потихоньку отпускал.

Вот так, тихонько потягивая чай и прижавшись друг к другу они и сидели, пока Коллинз не замурлыкал какую-то мелодию. Древнюю, как само это место.

— Что за мелодия? — Спросила Ханна, пытавшаяся её угадать. — Что-то новое? Или наоборот, какая-то классика?

— Не знаю, само напелось, — беспечно ответил Джеф. Когда кружка опустела, начал вставать и со смехом сказал: — ух, вот это вечер! Ладно, пойдём спать, пока ещё что-нибудь не случилось.

___

...Но сон никак не шёл. То ли улечься не удавалось, то ли голод не давал покоя, то ли адреналин не до конца рассосался.

В итоге Джозеф встал, поцеловал разбуженную Ханни и со словами «я в туалет, спи» вышел на воздух. Разгорячённое тело обдало ледяным ночным горным воздухом и кожа, защищённая только майкой, моментально покрылась мурашками. Журналист глубоко вдохнул и посмотрел на небо. Красиво, зараза. Вся вселенная будто на ладони. Протяни руку и захватишь какую-нибудь завалящую галактику.