Начало 2.0, часть 1: судьба колдуна

— Здравствуй, Джозеф Коллинз. Как поживаешь? — прозвучал до боли знакомый голос. Голос, который мог бы преследовать во сне.

Джо вздрогнул и открыл глаза. Пространство вокруг представляло из себя прозрачную сферу, окружённую плотной стеной тумана. И в этом тумане не было никого, кроме...

Напротив Коллинза, словно застыл в воздухе он сам! И не он. Различия бросались в глаза сразу: острые пираньи зубы, чёрные когти, фиолетовые глаза, залитое кровью лицо и рубашка. Пагатеш полулежал в расслабленной позе и улыбался.

Он выглядел точь-в-точь как в день изгнания, когда полностью захватил контроль над телом (Ханна птом зарисовала этот ужас). Сердце бешено заколотилось, но Зеф заставил себя успокоиться.

— Вижу, что произвёл на тебя впечатление, — он щёлкнул пальцами и перед ним возникло зеркало, в котором отразилось любопытное лицо. — Ясно. Логично, что ты представляешь меня таким. Ты же ведь не знаешь, как я выглядел при жизни.

— Я п-представляю? — голос предательски дрогнул.

— Ну конечно.

Я всего лишь воспоминание в твоей голове. Или ты что, думал, что я оставил частичку себя, чтобы рано или поздно развиться и всё-таки уничтожить твоё я?

Джеф ничего не ответил.

— Вижу, что так и думал. Точнее, знаю. Я же ведь это ты. Только другой формы. Это как... — он защёлкал пальцами, — раздвоение личности. Только не раздвоение. Сложно объяснить. В общем, бояться тебе точно нечего.

— Знаю, — журналист кивнул. Сейчас он со всей ясностью осознал, что мелкие опасения на этот счёт абсолютно беспочвенны.

Бояться Пагатеша в своей голове всё равно что бояться недавно просмотренного документального фильма с собой в главной роли. Бессмысленно. На самом деле даже говорить уже почти не имеет смысла — всё, что знает Пагатеш, в данный момент знает и Джозеф, и ответы рождаются в голове чуть ли не раньше вопросов. Непонятные местами, правда. Но для этого ведь и нужны рассуждения. Хоть бы и с самим собой в такой странной форме.

— Так зачем ты пришёл?

— Ты же знаешь зачем.

— И всё же. Тебе стоит это озвучить...

___

Привратник обнаружился на том же месте, неизменно с газетой. Девушка невольно улыбнулась и засмотрелась, а очнулась только спустя минуту или даже больше. Глупо получилось — стоит Ханна и пялится на героя, будто сошедшего с энциклопедии по мифам Древней Греции.

— Эм... Простите, — отмерла Пауэлл, — мне бы очень хотелось написать ваш портрет! Если позволите, конечно. Пожалуйста!

Вопрос застал Саама врасплох.