Привратник

В ушах так и стоит скрежет рвущегося металла, а на языке вкус горячего машинного масла. Тьфу.

- Твою за ногу, - ещё раз возмутился я и принялся за дыхательную гимнастику.

Через пару минут отпустило. Заодно я вдруг понял, что снаружи мёртвая тишина, а стены нашего убежища приобрели чёткую материальность и сквозь них уже не просвечиваются сполохи пламени.

- Вылезай, - я захлопнул крышку зажигалки, которая нисколько не нагрелась не смотря на то, что горела несколько часов подряд. - Соня.

Снаружи всё в точности так, как было в момент начала нашего визита.

Призрачное солнце над головой, жёлтые листья, пурпурное небо. Одинокая курица разгребает землю возле деревянного сарая. Яркий запах свежего сена.

Сын Петра Максимовича всё так же насуплено и целеустремлённо смазывает цепь на перевёрнутом детском автомобиле. Бельевые верёвки пусты, доброжелательной хозяйки нигде не видно.

- Ну так, какие планы, Серый? - поинтересовался Антон, передёрнув плечами от промозглой утренней сырости забравшейся под одежду.

- Как угадывают выход?

- Так же как полицейские ищут преступников. Внимательно осматривают место происшествия, собирают улики.

- Ага, - ухмыльнулся бывший полицейский. - Сразу видно, что твои познания об оперативной работе почерпнуты из фильмов и книг. Улики собирают, как же. Гораздо больше информации приносят прямые свидетели или случайные очевидцы. Главное уметь слушать и задавать правильные вопросы.

- Вот и займись, - кивнул я напарнику. - Только ни к кому не прикасайся и желательно не пересекай нити, что связывают местных с домом.

А я пока осмотрюсь.

Антон уверенно направился к мальчишке, сидящему у автомобильчика. Но сразу заговаривать с парнишкой не стал, а уселся рядышком на корточки и принялся внимательно изучать колёса, беспомощно уставившиеся в небо.

Я же побрёл вдоль забора, намереваясь полностью осмотреть подворье, и наткнулся на тёмную нить соединяющую курицу и дом. Лич даже птиц захватил с собой в проклятое посмертие.

И не только, вон из приземистого серого сарайчика доносится возня и тихое похрапывание поросёнка.

Башенные часы, стоящие у крыльца, показывают половину двенадцатого. Медная бляха маятника летает туда сюда, словно умалишённая, а секундная стрелка часов, наоборот, застыла на месте.

Проходя мимо приоткрытого дверного проёма мастерской, я отметил, что дверцы большого оружейного сейфа закрыты, но замок лишь накинут на петли и не заперт. Точно как и перед этим.