Небесные скитальцы

Док! — позвал он медика, — Стюардессы!

На его призыв мгновенно откликнулись.

— Уберите трупы. Объявите, что бомба не представляет опасности. По причине того, что является всего лишь муляжом взрывного устройства.

Глава 25

Первое, на что наткнулся, — труп командира воздушного судна на входе в кабину. Восторг — Костя невольно залюбовался огнями многочисленных приборов — быстро сменился чувством леденящего душу ужаса: кабина была абсолютно пуста. Тем не менее самолёт летел по прямой траектории, если верить авиагоризонту, не меняя своего положения относительно авиагоризонта.

Обострённый стрессом инстинкт самосохранения сработал молниеносно, Черпевский и сам не мог понять, что заставило его, описав акробатический пируэт, плюхнуться на пустое кресло второго пилота.

Следующее мгновение всё расставило по своим местам: огнетушитель, описав дугу в том месте, где он только что находился, с силой врезался в приборную панель.

— Постойте! — закричал фактотум. — Я не угонщик, а обычный пассажир.

Весьма вовремя — Рочев примерялся для второго удара.

— Вы ничего не повредили?

— Вроде бы нет... Это ручки управления двигателем, их делают надёжными, — он поправил их в прежнее положение, и турбины двигателей загудели с прежней мощностью.

— Вы второй пилот Борис Рочев?

— Да.

— Все преступники мертвы. Мы можем лететь обратно в Редгард... На какой мы высоте?

— Две тысячи метров...

— Вы идиот? Линия фронта рядом! Нас могут пытаться сбить! И сядьте, чёрт возьми, за штурвал!

Борис послушно сел на место командира воздушного судна.

Вошла заплаканная стюардесса.

— Борис Евгеньевич! — всхлипнула она. — Эдуард Владимирович! Аглая! — и зарыдала.

— Что с Ферро? — обернулся к ней второй пилот. — Она мертва? — спросил он дрожащим голосом.

— Да, — сквозь всхлипывания ответила стюардесса.

— Господи! — не вытерпел Черпевский и так же инстинктивно, как это получилось с пируэтом, отвесил второму пилоту звонкую оплеуху. — Возьмите же себя в руки! Теперь вы — командир экипажа! От вас зависят жизни всех пассажиров этого борта! Аглая Ферро сама организовала этот угон.

И в свою очередь обернулся к опешившей стюардессе, от удивления переставшей плакать:

— Как вас зовут? — спросил он исключительно для того, чтобы начать разговор.

— Галина Кладова.

— Вы в своём уме, Галина? Тела убрали?

— Да...

— Так идите и успокойте пассажиров!

Оказалось, пощёчина была необходима.