Украсть Альфу

Подкладывать в машину взрывчатку — метод людей.

Но добытым сведениям Сайдар верил. Исполнитель был не в том состоянии, чтобы лгать. Он и говорить еле мог, пищал, как щеночек, от боли.

Чернолеские веками жили рядом. Большая сильная стая, контролирующая целый район вокруг города, который занимали Таировы. Границы были давно определены. Одни не лезли в город, другие — в район, соблюдая старые, вековые ещё договорённости.

Без альфы Таировы стали слабей. Безумие — объявлять войну, когда во главе стоит всего лишь бета. Сайдар сказал себе: «Хорошо, я подожду.

Месть — то блюдо, которое подают холодным».

И вот, наконец его время пришло. Во главе Таировых встал новый альфа. Старший племянник вырос, нашёл пару и обзавёлся алым цветом глаз. Теперь Сайдар имел право уйти, оставив стаю в надёжных руках, и совершить свою месть. Наконец-то.

Свои действия он планировал много лет. Но когда к ним приступил, всё сразу пошло не по плану.

Глава 2. Сайдар. Три недели спустя

Три недели спустя.

В теории Сайдар знал, каким немощным чувствует себя обычный человек, но никогда не думал испытать на себе это отвратительнейшее ощущение.

Истинный волк по рождению, даже отказавшись от части себя, тридцать восемь лет он проходил по земле сильным оборотнем. Пусть не альфой, но тем, с кем считались и друзья, и враги, уважая и дух, и мощное тело.

Сейчас его волк как будто исчез, а с ним — сила мышц, острый нюх, слух и зрение. Избитый врагами, Сайдар не исцелился, как это было всегда. Остался таким же больным и слабым, хотя после нападения прошло, наверное, полдня.

Точного времени он не знал. Пока связанным валялся в багажнике автомобиля, то и дело терял сознание. А здесь, в маленьком помещении, куда его притащили, не было окон. Не было ничего, только голые стены, тусклая лампочка на потолке, металлическая дверь вся во вмятинах и царапинах, смердящее застарелой мочой ведро в углу и тюфяк, до которого ему ещё предстояло добраться.

Станет полегче, и он доползёт. Там миска с водой. Так что надо. Чтобы выжить, ему надо с силой собраться.

В причине ужасного самочувствия он не сомневался. Даже втрое сильнее избитый, давно бы уже исцелился. Ему мешала мутно-серая дрянь, вколотая врагами. Это она делала его таким слабым.

Но проиграл он не потому, что на него навалились гурьбой, избили и отравили, вогнав шприц в шею. Он сам во всём виноват — заигрался в мстителя, переоценил силы, не довёл дело до конца, время тянул. Должен был, слово себе давал, а так и не поднял руку на Алую.