Душа

Почему?

— А что бы я им сказал? — неожиданно огрызнулся Альфред. — Что у меня у соседа дверь не закрывается, а в доме у него холод?

Обвинитель замолчал, обдумывая ответ, но так и не нашел что сказать. Альфред был прав, — что бы он ни сообщил, ему бы не поверили. Разбирательство началось только, когда случился еще один визит в дом Отто.

Обвинитель попрощался с Альфредом и вызвал следующего свидетеля, который и должен был дать ключевые показания.

Эффект, который пошел по залу, был неожиданным. Люди шептались, другие просто открывали рты.

Она шла по залу, приковывая к себе все возможное внимание. Даже сам государственный обвинитель на мгновение забыл зачем он был здесь. Ее угольно-черные волосы были убраны в хвост, а бледность из-за нервозности происходящего процесса приукрашивала аристократичные черты. Голубое платье под цвет глаз, крайне далекое от строгости, подчеркивало стройность и женственность жены Отто. Вот только чем больше люди смотрели на нее, тем меньше понимали. Никто в здравом уме не смог бы предположить, что они были не то, что мужем и женой, но даже что они могли жить под одной крышей — настолько они были из разных миров.

Она села за стол свидетеля, стараясь не смотреть на клетку с мужем. А тот, и это заметил Обвинитель, впервые обратил внимание на происходящее. Глаза Отто округлились, и он взялся за прутья решетки, не отрывая взгляда от свидетельницы.

— Представьтесь, пожалуйста.

— Элиза, — сказала изящная девушка, которую язык не повернулся бы назвать как-то еще.

— Кем вы приходитесь подсудимому?

— Женой. Пока что.

Из клетки Отто послышался лязг кандалов, которыми его сковали. «Прекрасно», — подумал Обвинитель, — «Она тебя сломает, а я ей в этом помогу». Душевно раздавленный человек начинает совершать ошибки и теряет уверенность, а это можно использовать для влияния на присяжных. Вопрос, который он задал, не имел никакого значения, и будь у Отто адвокат, тот моментально запротестовал бы, а Судья удовлетворил протест.

Но поскольку защиты не было, Обвинитель мог творить все, что угодно. Он знал, что Элиза подала на развод, но этого не знал Отто. Прокурор мастерски воспользовался ситуацией, чтобы нанести ему неожиданный удар в самое сердце. Еще несколько ударов и…

— Скажите, почему вас не было дома в ту неделю?

— Мы с мужем поссорились, — ответила она, глядя на Обвинителя. — Я уехала жить к друзьям семьи. Мы с мужем не общались. Я побаивалась его.