Сан-Инферно 6. Система новичка

Скажу: чтобы пригласить своего брата Золтана на коронацию. Зорьку, разумеется, тоже.

И вот теперь настал их черёд...

- УКАЗ ПЯТЫЙ, - я отыскал глазами старшего брата и угрюмую девочку, которая изо всех сил старалась доказать, что ей всё равно. Всё равно, что с неё сняли все надуманные обвинения. Всё равно, что на ней - прелестное платье цвета морской волны, прекрасно оттеняющее рыжие завитушки волос. Всё равно, что она находится в Златом Замке, и никто не тащит её, выкручивая руки, в пыточную камеру... Так вот.

- Властью, данной мне короной Заковии, торжественно заявляю: я, Максимилиан Первый, в здравом уме и трезвой памяти, слагаю с себя королевские обязанности. Беру, так сказать, самоотвод.

Никто не шелохнулся. Тысяча пар глаз прикипела к моей персоне, словно я был клейкой бумажкой от мух.

И в этой гробовой тишине, где не было слышно даже дыхания, вдруг раздался громкий и очень раздраженный голос.

- Макси, малыш. Мы так не договаривались. Я выхожу за тебя только при одном условии: если ты будешь сидеть на троне.

Я блаженно выдохнул. А потом повернулся, и с высоты трона благожелательно посмотрел на свою - бывшую - невесту. Баронессу Клариссу Фейрчайльд, прозванную Уховёрткой.

- Не надо опережать события, прекрасная баронесса, - сказал я. - Вам была обещана королевская мантия - и вы её получите, Люцифер меня побери.

- Но...

- Потому что отрекаюсь я, ребята, не просто так. А в ПОЛЬЗУ моего старшего брата, Золтана Золотова.

Слова мои канули в уши придворных, как камень в болото. То есть, с громким бульком. А я отыскал взглядом дорогого братца и широко ему улыбнулся.

Я же говорил: отомщу, и забуду. Хотел, чтобы всё было по уму - пускай сам мается.

Спустившись со всех восьми ступеней, я подошел к Золтану и нахлобучил корону ему на голову.

Потом, одну за другой, снял с себя все регалии, и в произвольном порядке, как новогоднюю ёлку, разукрасил ими брата.

И вот теперь началось.

Во-первых: все, без исключения, сильно удивились самому факту того, что кто-то может вот так, за здорово живёшь, отказаться от трона.

Во-вторых: народ удивился тому, что старший из братьев Золотовых жив, а не разбился насмерть у подножия башни.

В третьих: сильно удивились царедворцы. Ну, не столько удивились, сколько огорчились, ведь они уже видели себя хитроумными кукловодами, которые будут подсовывать на подпись несведущему юнцу всё, что ни придёт в голову.