Асфодель

— Магический? — пошутила Валя, пытаясь разрядить нависшую напряжённую серьёзность.

— Можно и так сказать, — усмехнулась Ледяная Дева. — Любой инструмент в руках мастера – это и есть магический артефакт, согласись? Как твоя ручка.

— Старинная скрипка, что ли? — Огненная сестра сразу поняла, что речь идёт о каком-то музыкальном антиквариате.

— Да. Похоже, подлинный Бергонци[4], но нужна небольшая реставрация.

— И самому музыканту тоже, — вставил Страж Вихрей.

— Так чем он болен-то? — нетерпеливо спросила Лариса.

— Болен не он, но давайте обо всём по порядку, — Алина подмигнула «главной дриаде». — Несси, с тобой в экстернате учится такой Дмитрий Калинин[5]?

— Да, — Инесса почему-то смутилась.

— Значит, это он самый и есть. Короче, наведались мы с Артуром на ту квартиру, которую они с Виктором снимали пять лет назад. В режиме невидимости, конечно, – нас же в том районе многие помнят.

— Но не эта семья, — уточнил Виктор. — Они туда совсем недавно переехали.

— Всё равно нам четверым лучше там не светиться.

Привет, Крис! — Ледяная Дева, кивнув появившейся вместе с Артуром Кристине, продолжила рассказ. — Итак, имеются, в первую очередь, некие Василий Прокофьевич и Клавдия Петровна, каковые формально там не живут, но всё время «незримо присутствуют» и являются чуть ли не единственными действующими лицами, ибо все остальные – лица подчиняющиеся. Имеются их внуки – Дмитрий, шестнадцати лет, и Арина, двенадцати лет, и при оных как бы имеется мать, которую тоже как-то зовут. Отец умер два года назад.

— Линка, у тебя уже яд с зубов капает! — поморщилась Ната. — Что, всё так плохо? Я ж тебя не первый год знаю – ты даже о врагах так не отзываешься.

— О врагах – да, а вот о безвольных особях – только так! Ладно, Евгения Васильевна она. Послушная девочка очень властных деревенских родителей, понимаете? И как только замуж выйти умудрилась? Такие же не «выходят» – их выдают. И что, думаете, вырвалась на свободу? Подобным девам свобода нужна только для того, чтобы побыстрее продать её «хорошему царю вместо плохого».

Нет, муж-то её действительно оказался «хорошим царём», но именно что царём – все остальные, включая собственную мать, у него были в статусе детей неразумных. Всё сам да сам, умирал уже – так даже насчёт своих похорон сам договаривался!

— То есть Евгения эта умеет только слушаться? Сама принимать решения – не умеет?

— Да какие там «решения»? Счёт в банке открыть – и то не знает как, не говоря уже о поиске работы.