Три восхода Солнца

В смысле, когда нужно заплатить, и когда работа будет сделана?

— Если не возражаете, с надписями будем разбираться прямо сейчас. Оплата — по окончанию, и заранее предупреждаю! Не пытайтесь меня обмануть. Избавив вас от одной проблемы: привидения, оборотня, хм, кота — я могу обидеться и подселить кого-нибудь другого. Как это говорится? Баш на баш?

— Не-е н-надо... — Начал заикаться мужчина (видимо, услышав про оборотня), — Я с-согласен-н...

— Вот и славно.

Я снова облачилась в свой наряд. Предстоял поход в гости, а я даже не знаю на каком конце города живет заказчик.

Бывают же люди — «великие конспираторы», назначающие встречи подальше от дома. В моей работе конспиратором прикидывается каждый второй клиент. И ведь не жалко же им времени!

— Идемте.

Мне тут подумалось невзначай, что сегодня, должно быть, среда. Не уверена, конечно, могла и перепутать (с текущим графиком работы я даже не всегда знаю какой сегодня месяц). Но уж точно не воскресенье, а значит — не выходной. А у человека обязательства, обстоятельства, посекундный отчет начальнику (бедняга).

И только лишь в обеденный перерыв, скорее всего, не получится уложиться...

— Сейчас дома никого нет. Жена на работе, ребенок в школе. Я сегодня отгул взял специально... — Словно откликаясь на мои хаотичные мысли, продолжал вещать собеседник.

Удивляюсь его прозорливости. И словоохотливости. Рот не закрывается. Должно быть перенервничал. Что ж, чужая болтливость — дополнительный стимул для меня поскорее закончить с делами.

Я так привыкла к одиночеству, что теперь подобное «общение» меня ужасно раздражает.

— Вчера оно разбило напольную вазу. Очень красивую и ужасно дорогую... кхм... Послание было рядом, на стене. Я не стал его убирать.

— Чем оно написано?

— Кажется... возможно, я ошибаюсь, но... это фломастер сына. Прямо на фотообоях, представляете! Но могу сразу сказать, ребенок тут точно ни при чем. Он лишь во втором классе. Подчерк хромает, буквы колыхаются, и вообще, откуда он мог знать странный язык?!

Мужчина искоса посматривает в мою сторону, но когда я в очках и одежде — трудно определить даже направление взгляда, не то что мимику или ход мыслей.

Пока я никак не комментирую его рассказ. Лишь задаю вопросы.

— Надписи всегда одни и те же? Или разные?

— Чаще они содержат лишь одну фразу, но иногда это целый текст, который на данную фразу заканчивается. Что-то вроде «сло-глыслыс»...

Так-так-так, что-то начинает прорисовываться.