Последний год шахтарского общежития

Там, где когда-то стояли сугробы, теперь зияли ямы, присыпанные отвалившейся штукатуркой и открывающие взгляду голый бетон и сваи. Вокруг здания бежала предупреждающая красная лента. Крыльцо шаталось и проседало под любым весом. Как в это здание ещё пускали людей, Наде было неведомо.

Всех приходящих встречал приклеенный на уровне глаз лист с обновлёнными правилами. При его прочтении глаза сами собой полезли на лоб.

– Мы обе в пятьсот седьмую, – отчиталась соседка, пока Надя быстро прощалась с молодым человеком.

Поздоровавшись, она потащила сумки к лестнице и мельком обернулась: вахтёрша достала одну из отставленных в сторону фигурок и поставила её внутрь макета.

Ещё один жилец вернулся.

– Второму и третьему этажам запретили открывать окна, – повторила она новые правила, следуя за Леной мимо вахтёрши. – Нельзя посещать чужие комнаты. Запрещено присутствие посторонних. Подвальные бани закрыли, а постирочные откроют только через неделю! И они снова написали про переселение на ночь. Что тут вообще случилось?

– Да, переселяют теперь чуть не каждый вечер, – вздохнула Лена.

– Ты не волнуйся, такое обычно вводят на месяц, потом всё снова разрешат. Как обычно после новогодней ночи. Окна открывать запретили, потому что Костян с пацанами, как и каждый год, из окон в сугробы после бани прыгали по пьяной лавочке. Двое с переломами уехали. Прыгали только со второго этажа, третьему досталось за компанию. Бегали друг к другу ночью, ясное дело. В баньке народ тоже собрался новый год встретить, как же без этого…

– Вы что все, с ума посходили?!

– Да не бухти ты, каждый год так отрываемся, – отмахнулась Лена, не обращая внимания на скрипящий под их шагами коридор.

– И каждый год на месяц гайки закручивают. Хотя, конечно, общажка с каждым разом всё тяжелее это переживает… Раньше штукатурка так не сыпалась.

– Хочешь сказать, через месяц все всё забудут? – Надя скептически осмотрела потрескавшуюся краску на стенах.

Лена беззаботно кивнула и пнула дверь комнаты – открывалась она теперь с трудом.

– Если мы будем вести себя хорошо, то да. Поэтому сейчас все ходят тише воды ниже травы и соблюдают правила, как послушные дети. Нарабатываем репутацию к майским праздникам, хотя тогда все просто уедут на горные озёра. Так что всё веселье ты пропустила.

– И слава богу, – вздохнула Надя, осматривая комнату.

На первый взгляд ничего не изменилось, только оконные щели стали шире и дуло из них куда сильнее. А вот вещи на столе лежали совсем не так, как она их оставила.