Последний год шахтарского общежития

– Где тогда хранить важные записи? Не могу же я всё-всё запоминать!

– На кладбище, например.

Надя обернулась на идущего за ней парня. По непроницаемому лицу Эльдара нельзя было сказать, шутит он или говорит серьёзно, но его точно забавляло наблюдать её недоумение. Пройдя несколько шагов спиной вперёд, девушка сдалась и со вздохом повернулась обратно. Перед глазами мелькнули светлые волосы из-под красной шапки, и она врезалась в идущего навстречу.

– Ох, простите, – пробормотала Надя, отступая в хрустящий снег и тут же проваливаясь по щиколотки.

За спиной сдержанно посмеялся Эля, и она бросила на него недовольный взгляд.

– Ничего страшного, тут такая узкая дорога, - услышала она знакомый голос. – Значит, ты вернулась? Мы уж заждались!

– Да неужели? – Надя проигнорировала фамильярность Ларисы и собиралась идти дальше, но следующие слова заставили её остановиться:

– Дети жаловались, что вахтёрша не знает, где какие книги лежат, и всё время выгоняет их из библиотеки раньше времени.

Они будут так рады знать, что библиотекарь снова с нами. Вприпрыжку за книгами побегут!

Отдельно учительница поздоровалась с Эльдаром, одарив его очаровательной улыбкой. Кивнув на прощание, она пошла дальше, а Надя так и осталась стоять в снегу.

– Ты знал об этом? – её взгляд все ещё был прикован к красной шапке Ларисы. – Что за библиотеку отвечает вахтёрша?

– Нет. Мне как-то не до библиотеки было в последнее время. Может…

Он резко запнулся. Надя перевела взгляд на него, но парень смотрел куда-то в сторону.

Брови и морщины на лбу изогнулись в знакомый рисунок: так Эльдар хмурился, когда на него снисходило неприятное озарение. Надя выжидала, перетаптываясь с ноги на ногу. Сапоги уже пропускали снег, и ноги сводило от противной холодной влажности. Приду – и сразу в горячий душ, мыть голову, пообещала она себе. Какая жалость, что бани закрыты, сейчас бы отогрелась…

– Ничего конкретного сказать не могу, – медленно произнёс врач и пошёл в сторону общежития. – Так что постарайся сначала узнать в библиотеке, что с ней случилось.

Комитет наверняка придёт по твою душу, может, они расскажут.

– Но ведь что-то ты понял? – поспешила за ним Надя. – Эля, я знаю выражения твоего лица, ты точно что-то понял!

– Я же говорю, ничего конкретного! – вполголоса выругался он. – Вспомнил кое-что странное, да, но доказательств у меня нет. Сейчас у нас есть дела поважнее, а если моя догадка верна, то о Фрекен тем более можно забыть.