Синдром Вильямса

Матвей нарезал хлеб, потом так же легко и привычно – оба куска сыра, раскроил помидоры на четыре части каждый. Снова посмотрел на нож и восхищенно поцокал языком.

– И все-таки, где ты его купила?

– Я его не покупала. Можешь считать, что это мой трофей.

Матвей рассмеялся, рассматривая нож.

– Скован гномами в подземной кузнице? Выменян на плащ из лунного света?

– Не знаю, кто такие гномы, если честно. – Я протянула руку к стилету, намереваясь отобрать его у Матвея. Не та тема, которую мне хотелось бы с ним обсуждать.

И в этот момент Метель с лаем бросилась к зарослям кустом. Краем глаза я увидела взмахнувшие уши и сверкание серо-коричневых пяток. Заяц.

– Метель, ко мне! – закричала я. – Возвращайся!

Метель, разумеется, не вернулась, а добежала до кустов, и поскуливая, начала их обнюхивать, поднимая голову то кверху, то оборачиваясь на меня. Пришлось подойти, взять ее за ошейник и вернуть на место, к нашему импровизированному столу на траве. Метель недовольно поворчала, но за кусочек сыра согласилась забыть, что видела зайца.

– Что случилось?

– Ничего, – буркнул он, всем своим видом давая понять, что его кусочком сыра не успокоишь. – Порезался.

Нож лежал на скатерти, рядом со мной, явно протертый, но на нем блестели две капли крови – совсем крохотные, но я их видела. Отлично. Теперь у меня есть и биологический материал. Лучше не придумаешь.

Я подошла к Матвею, присела на корточки рядом с ним.

– Покажи.

Он протянул руку.

– Сухожилие не задето, – объяснила я. – Все нормально. У тебя есть платок или бинт? Перетяну и не двигай пока рукой.

– Больно, – сказал Матвей. – Очень больно. А платка нет.

Платок был у меня. И бинт. Я оторвала немного бинта и крепко прижала к ране. Подождала, пока на нем перестанут появляться свежие капли крови, и тогда уже перебинтовала. А лоскуток с кровью Матвея спрятала в карман.

– Теперь легче?

– Что это было? – сквозь зубы спросил Матвей.

– А что ты чувствуешь? Жар? Холод? Жжение?

– Просто боль. Как будто меня укололи. Глубоко.

Неужели яд? Неужели есть яды, которые могут храниться так долго? Но тогда… тогда мы оба смертники, потому что все продукты порезаны этим ножом. Да нет, ерунда, любой яд уже смылся бы кислотой зелени и жиром из маслянистых сыров. Да и вкуса яда не было. Тогда что?

Я смотрела на Матвея.