Шатун

Позади неожиданно вспыхнули фары. Я увидел собственную отчётливую тень на покрытой облупленной синей краской железной двери. Одновременно услышал тихий гул двигателя. Машина выворачивала из-за угла.

Меня бросило сначала в жар, потом в холод. Подхватив отмычки, я встал и на деревянных ногах двинулся в сторону жилого дома, стараясь идти не спеша, как и подобает ни в чём не повинному человеку. Просто кто-то едет домой. Вряд ли он удивится, увидев подростка, идущего вдоль гаражей.

Но, к моему неописуемому ужасу, автомобиль не проехал мимо, а остановился прямо передо мной, продолжая слепить фарами.

Ни полицейской сирены, ни окриков. Похоже, из машины никто не выходил.

Меня пронзила страшная мысль: Капюшон! Он за мной охотится!

Больше ни о чём не думая, я рванул в узкий переулок. Свернул на другую улицу, перебежал через небольшой дворик, зажатый тремя пятиэтажками, снова свернул и очутился на какой-то улице, на которой было много ларьков. Кое-где в окнах ларьков горел свет. Оторвался?

Паника была такая сильная, что я больше ни о чём не думал.

Просто полушёл-полубежал неизвестно куда, как загнанное животное на неизвестной территории.

С резким визгом шин автомобиль (тот самый!) вылетел на улицу откуда-то со стороны городского центра. На сей раз при свете ярких фонарей я исхитрился определить марку – «Мерседес Сплинтер», аккуратный микроавтобус светло-серого цвета. Водителя не увидел.

Взвыв от страха, я развернулся и побежал обратно, но прозевал тот проход, откуда выскочил минуту назад.

Места были мне малознакомы. Возвращаться поздно, и я побежал дальше, ища взглядом любую подворотню, куда не поместился бы микроавтобус. По закону подлости – ни одной подворотни поблизости не обнаруживалось.

Машина следовала по пятам, укрыться от неё на крохотной улочке было решительно невозможно. Я оглянулся, задыхаясь, раз, другой – эта сволочь за рулём не пыталась меня раздавить, даже скорость особо не увеличивала. Просто гнала, как пастух гонит отбившегося от стада барана.

Оглянувшись в третий раз, я врезался в кого-то большого и явно сильного – от удара он не покачнулся, а я повалился на многострадальную задницу.

Я крикнул. Громко. В надежде, что припозднившиеся продавцы в ларьках выйдут и спасут меня. Ага, как же, размечтался!

Квадратная фигура мужика приблизилась. Он был в довольно лёгкой курточке, в вязаной шапочке и – странно! – тёмных очках. Судя по всему, лет пятидесяти, если не старше. Здоровенный и непоколебимый, как скала.