Другая сторона

Жилые кварталы превращались в склады и промзоны, потом вновь появлялись дома. А здесь был город – и вот уже его нет.

В сторону океана уходила грунтовая дорога. Вдоль обочин кривились огромные, выше человеческого роста, кусты чертополоха. Далеко впереди, на самом краю обрыва, стояла невысокая башня.

Немного помедлив, Рэнди пошла дальше. Грунтовка круто забирала в гору, а осеннее солнце заметно припекало. Добравшись до башни, Рэнди вся взмокла. Вытирая рукавом пот, она огляделась.

Это оказался маяк. Штукатурка осыпалась, обнажая крошащиеся красным кирпичом раны.

Стекла на вершине башни скалились обломками. Вряд ли маяк работает или здесь кто-нибудь живет… Живая изгородь разрослась, и колючие ветви ежевики торчали во все стороны, похожие на суставчатые лапки насекомых. Вдалеке серо-зеленая гладь океана прогибалась, пытаясь опровергнуть устоявшиеся представления о форме Земли.

Рэнди побрела вдоль изгороди. Впрочем, прошла она не много – обогнула башню и остановилась, не веря своим глазам.

Сердце напомнило о себе частой дробью, точно само захотело выбраться и посмотреть.

На самом краю обрыва, на деревянном помосте, похожем на эшафот, стояла ракета. Настоящий космический корабль, именно такой, какой должен быть… А в космических кораблях Рэнди знала толк. Стараясь ступать как можно тише, она подошла к ракете. Протянула руку и погладила теплый и шершавый металл обтекателя. Сварочные швы походили на шрамы. Подобные ракеты любят рисовать дети: стремительные и в то же время похожие на пузатые сигары.

Острый шпиль венчал красный флажок – в космосе вещь совершенно бесполезная, но сейчас он радостно трепыхался на океаническом ветру.

К борту ракеты была приставлена лестница-стремянка с обшарпанными ступеньками, что несколько не сочеталось с совершенством обводов космического корабля. Из открытого люка торчали ноги в рваных кедах и доносились удары металла о металл. Звук резонировал в стальных внутренностях и звучал то глухо, то пронзительно звонко. А еще человек пел.

Во всяком случае, Рэнди так подумала, хотя доносившееся «бу-бу-бу» не отвечало ее представлениям о музыке.

Рэнди постучала по железу.

– Простите… – И гораздо громче – Эй!

Ноги исчезли, а спустя секунду из люка появилась раскрасневшаяся физиономия.

– О!

– Доброе утро, – начала Рэнди.

– Секундочку, секундочку… – затараторил человек и снова спрятался в корабле.

Выбрался он почти сразу же, на этот раз весь.