Другая сторона

Там, откуда Рэнди была родом, города выглядели иначе. Она плохо их помнила, большей частью воспоминания складывались из обрывков сновидений. Широкие светлые проспекты, мощенные белым и розовым мрамором; хрустальные дворцы и башни, острыми шпилями вонзающиеся в небо, такое чистое и голубое, какого она никогда не видела на этой планете… Всюду цвели деревья с огромными красными цветами и летали рубиновые птицы. Птиц Рэнди помнила лучше всего.

А еще она помнила свое имя. Настоящее. Это по паспорту ее звали Миранда-Сильвия – имя ей досталось от приемных родителей.

Когда ее взяли из приюта, Рэнди не было и трех. Отец, пожилой профессор литературы, специалист по Шекспиру, не мог определиться с выбором, потому и назвал ее в честь сразу двух миланских принцесс. Вместе звучало глупо, но старик очень радовался своей изобретательности и чувству юмора. Продолжая шутку, он называл ее не иначе как «наша принцесса». Но родители так и не узнали, насколько были близки к истине. На самом же деле ее звали Рэндиана, и она была наследной принцессой Марса.

Как и почему Рэнди оказалась на этой планете, она не помнила. Помнила пожар и дым, белые лучи и чешуйчатые морды, чьи-то большие и крепкие руки… Дальше все терялось. Бегство? Может, было и бегство, точно она не знала. Потом уже начинались воспоминания о приюте: вязкий запах цветной капусты, сырые простыни и жуткие цветы и звери, нарисованные на стенах. Это после Рэнди узнала, что в тех зверях – забавного вида медведях, поросятах и утках – не было ничего страшного.

Обычные герои мультфильмов, призванные хоть немного порадовать одиноких детей. Тогда же они казались воплощением всех кошма-ров – чувство, от которого Рэнди так и не смогла избавиться. Но больше всего она боялась остаться на этой планете навсегда.

На почте так и не смогли ей помочь. Просмотрели адресные книги, но в Спектре не нашлось не только Мартины Торрис, но и просто Мартин или Торрисов. Выходя, Рэнди в сердцах пнула деревянного индейца, хотя тот был ни в чем не виноват.

Нога до сих пор слегка побаливала. В очередной раз поиски зашли в тупик.

Впору отчаяться, но в поисках дороги домой разочарований было куда больше, чем побед. Рэнди принимала это как неизбежное. На Марс автобусы не ходят. К тому же, несмотря ни на что, сейчас она была куда ближе к своей цели, чем еще день назад.

Сама того не заметив, Рэнди вышла к окраине. Спектр кончился внезапно. В Сан-Бернардо такого не случалось: там пригороды могли тянуться бесконечно долго.