Каждому своё

Колер! Всех жителей собрать в местном молельном доме. На всё про всё пятнадцать минут. Время пошло. Шейнеман! Ваша задача...

Унтер весело подмигнул приятелю: «Спасибо, друг. Выручил» — и бросился за раздающим распоряжения командиром. Штифель пожал плечами: «Мол, какие проблемы? Друзья должны помогать друг другу», перехватил поудобнее карабин и направился к дальнему краю деревни. По боевому расписанию, ему требовалось находиться около своего мотоцикла и вместе со Шмидтом контролировать единственную проходящую сквозь село улицу.

..

* * *

Наблюдать, как солдаты вытаскивают жителей из домов и гонят их к месту сбора, оказалось занятием интересным. Некоторые догадывались, куда их ведут, некоторые не понимали, кое-кто пробовал возмущаться — таких без затей вразумляли прикладами и пинками. Дважды из-за заборов слышались выстрелы. Первый раз подстрелили сорвавшуюся с цепи собаку. Грозный лай мгновенно превратился в жалкий скулеж и быстро затих. Во второй, как выяснилось позднее, пришлось останавливать двух пытающихся сбежать сопляков.

Одному было около десяти, другому года на три поменьше. О происшествии объявлять не стали — просто доложили фельдфебелю, а трупы так и остались лежать за околицей. Решение, в принципе, правильное. Панику среди местных устраивать ни к чему, а своим неведение только поможет быть более собранными.

Не слишком приятный момент случился, когда на улицу выволокли Власту и членов её семьи: мать, папашу и трёх младших сестер. Увидев Макса, девица неожиданно бросилась ему в ноги.

— Господин офицер! Господин офицер! Не надо! Не надо! Прошу вас! — рыдала она, пытаясь облобызать сапоги ефрейтора. Глава семейства и прочие не отставали от неё и тоже валялись в дорожной пыли, вымаливая прощение за проступок односельчанина.

Смотреть на них было противно.

Действительно, унтерменши. Даже умереть достойно не могут...

Что же касается девки, то Штифеля попросту передернуло от брезгливости.

Ночью, по пьяни, она показалась ему симпатичной, но утром.

.. Рябая, страшная — в городе такую даже в самый дешёвый бордель не возьмут. И как он только польстился на эту... эту... короче, тьфу на неё. Плюнуть и поскорее забыть, словно кошмарный сон...

Через пятнадцать минут, как и приказывал Фогель, всех деревенских согнали в длинный сарай с деревянным крестом на крыше. Сложенное из брёвен строение выглядело достаточно крепким. Дверь заперли на амбарный замок и, кроме того, подпёрли несколькими жердинами.