Чёрный инспектор. Крыса в бегах.

Те из них, кто прежде не бывал на Дне, вот так же не могли отдышаться по несколько минут. Более опытные либо использовали шарфы, либо подзывали его к экипажу и говорили через слегка приспущенное стекло. И это при том, что воздух у доков заметно чище, чем в некоторых других районах Дна. Там бы Благороднорождённые, наверное, вообще не смогли бы дышать. – В какой док?

– Во второй, шена. Вон туда вам, – махнул охранник в сторону второго дока. Сегодня с Неба прибыл только один корабль, ещё пять – из Среднего города.

– Небо сгорит в огне! Вы дождётесь гнева Дна! Дно придёт к вам! И всё спалит! – Нуари повернулся на звук голоса. Мужчина, одетый в рваньё, сидел на земле рядом с горой строительного мусора. Он раскачивался из стороны в сторону и продолжал говорить своим дребезжащим голосом. – Поднимется волна, чёрная волна. Она всё сметёт! Всё спалит!

– Спалит? – недобро улыбнулся Нуари. Дар ответил слишком быстро, он едва успел его сдержать и направить. Огонь подчинялся ему с самого детства, Нуари даже не надо было учиться его зажигать – только сдерживать.

Бродяга заверещал от ужаса, когда вокруг него вспыхнуло кольцо огня, а на ладони у Благороднорождённого расцвёл алый огненный цветок. Охранник дока подобрался, с опаской глядя на небородного и с брезгливой жалостью – на нищего безумца.

– Этот человек не в своём уме. Не стоит обращать внимания на его бредни, – спокойный твёрдый голос, прозвучавший рядом с Нуари, заставил того с сожалением погасить пламя.

Нуари обернулся. Рядом с ним стоял высокий худощавый мужчина с густыми, седеющими волосами. Одет он был весьма прилично для Дна и выглядел уверенным в себе, даже несколько снисходительным. Охранник дока совсем стушевался, признавая за мужчиной право делать всё, что тому взбредёт в голову. Нуари недовольно поморщился и вернулся в экипаж. Этот человек использовал образные обороты, столь характерные для речи Дна и не применяемые нигде более, но при этом держался с достоинством жителя более высокого уровня.

Второй док был забит людьми – рабочими, торговцами и каким-то сбродом, определить род занятий которого Нуари не смог. Дно разительно отличалось от Неба, и здесь это было хорошо заметно. Спокойная упорядоченность и чистота самого высокого уровня совсем не походила на суету и толкотню, царившую здесь.