Партия. Брошенная ставка. Том I

Лапаха бегает небыстро, каждая рабыня по две твари выманит, в пещере оставшихся убьём, и кто будет возвращаться, тех то же по очереди прирежем. Должно сработать.

– Никакого мяса, – процедил я сквозь зубы. – Представь, что получилось вот так избавится от лапаха. Мои рабы – долговые, а не преступники, все об этом знают. Даже если я незаметно выведу их из лагеря, а потом мы вернёмся с победой, а рабынь всё не будет – народ сразу поймёт, что к чему. И это самое «что к чему» лодочники повезут в столицу.

Через месяц даже блохи на собаках будут знать о случившемся. Но столица будет говорить не обо мне. Все будут говорить, что сюда, главным, на такое ответственное дело ублюдка назначил сам император. Значит, наш царь и император – такой же. Нет, такого не будет. И не забывай, что Разгар имеет полное право убить меня, если я решусь сотворить что-то подобное.

– Это правда, – Разгар повернулся к эмлику. – Я не служу господину. Я защищаю интересы его императорского величества.

И только его.

– Даже в эту глушь вы притащили свою гнилую политику, – Куэл сердито сплюнул.

– Мы все здесь из-за политики, – я, не сдержавшись, нервно прыснул. – А ты, думаешь, почему я так суечусь, пытаюсь закрепиться, стараюсь решить вот эти набегающие проблемы, чуть ли не кабанчиком мотаюсь по округе? Это всё из-за политики. Но ты меня неправильно понял. Нас не двенадцать. Нас – четырнадцать. Ты забыл про двух моих рабов. Первый, детина здоровый, он из крестьян.

Одну землю пахать умеет, ему только копьё в руки с щитом, и всё. А второй – он поспособней. Он из семьи конюха, и пращник неплохой, да и вообще, посмышлёней будет. Нас восемь первой линией, и шесть сзади.

– Этого мало, господин.

– А больше у нас никого и нет.

– А как же гребцы и лодочники? И Шарс с остальными мужиками?

– И их у нас нет. Только шесть солдат, пять приключенцев, я и два раба, супротив восьми тварей, – я задумчиво уставился на огонь.

Жёлтые языки метались в стороны от любого дуновения ветерка, но не гасли.

Ставка первая. Часть 2

Утром мы начали собираться, покуда темень стояла непроглядная. Все поселенцы да лодочники спали на палубах, так что сразу проснулись от света факелов да лязга металла. Минуту спустя все уже знали о находке, хотя я даже слова ни сказал. Сплетни – страшная сила, сжигающая умы людей пламенем печи. Но дрова в ней – чей-то несдержанный рот.