Прощай-озеро

Она будто ничего не весила, практически шла по крутому склону, как по дороге. «Мертвые смерти не боятся», — подумала Лина и полезла следом гораздо осторожнее. И, чем выше она забиралась, тем страшнее ей было. Гриша пыхтел позади нее и через некоторое время внезапно сказал:

— Все, дальше я никак.

Лина снова предложила забрать у него кастрюлю, но в таком положении, когда она раскорячилась на склоне, одной рукой придерживаясь за чахлый кустик, это было невозможно. Тут ей пришло в голову неожиданное.

— Я помню заклятье, чтобы ямки в земле делать! Может, я смогу наколдовать ступеньки?

— Господи, — промолвил Гриша.

— Не знаю. Может, клады искать… или семена сажать. Вообще, интересно, в той книге…

— Потом расскажешь, давай уже! — взмолился Гриша.

Полина сосредоточилась и забормотала нужные слова, водя над землей и снегом свободной рукой и думая только о том, чтобы не свалиться. В итоге, рельеф склона несколько изменился.

— И это — ямки? — издевательски проговорил Гриша. — По-моему, наоборот.

На поверхности появились острые ледяные выступы.

— Кажется, я что-то перепутала, — смущенно призналась девушка.

— Ладно, — вздохнул Гриша. — Хотя бы так, — Он мужественно полез дальше.

На вершине их ждали Евлампия с русалкой. Кошка стояла спокойно, а Руза проявляла нетерпение — ходила кругами, всматривалась в землю, подходила и недовольно смотрела на друзей. Вот уже Лина перебралась. Вот уже Гриша поставил на край зелье. Тут случилось сразу много всего. Гриша ойкнул и быстро поехал вниз, потянув за собой кастрюлю.

— Держу! — задыхаясь, как от бега, сказал он. — Держу!

Он старался не шевелиться, чтобы не упасть.

— Ты там себе ничего не сломал? — испуганно спросила Лина.

— Вроде нет, но коленка болит, — сказал Гриша озабоченно. — Может, ободрал просто…

— Ты можешь выбраться?

— А как? Я весь лед обломал.

— Ну, чем-нибудь зацепиться можешь?

Гриша подумал и завопил:

— Блин! Брелок! У меня же ножик на ключах висит!

Лина вздохнула.

— Сейчас-сейчас, — забормотал Гриша. Извернувшись, он достал нож и стал выдалбливать что-то вроде мелких ступенек. Остальные терпеливо ждали. Лина надеялась, что это все-таки лучше, чем ничего, и что нога у Гриши не сломана. Тот пополз вверх, пыхтя и отдуваясь, и перевалился через край. Сел, прижимая к себе кастрюлю.