Прощай-озеро

— Как, интересно, его зовут?»

***

— Здоровы ли вы, уважаемая девушка? — спросил бомж, когда Лина проходила мимо пятиэтажки, прижимая к груди драгоценную книгу.

Полина покивала.

— Что там у вас? — бомж зорко глянул на книгу. — А, читал, читал. Хорошая книга, но не самая редкая.

— Вы? Читали? — удивилась Лина.

— Я же вам говорил: мне повезло с окружением. Раньше жил с хорошими людьми. Интеллигентная семья, много книг, много разговоров с друзьями. На кухне, сами понимаете. Но это раньше, сейчас, конечно, уже не то.

Девушка наморщила лоб. Почему с друзьями нужно говорить исключительно на кухне? Есть же социальные сети… Кафе, в конце концов. Но она решила не уточнять.

— А вы клады не пробовали искать?

Бомж пожал плечами:

— Зачем? У меня все есть.

Лина с сомнением на него посмотрела.

— А захочет судьба мне подарок сделать, — продолжил ее собеседник, — за труды вознаградить — и сюда принесет.

— Ой, кстати… — девушка достала из сумки большую ватрушку и протянула ему.

— О-о-о, — проговорил бомж и схватил подарок.

Полина улыбнулась. Она еще в первую встречу запомнила, какими глазами бомж смотрел на сдобу. Откусив сразу половину, бомж принялся жевать. На его лице появилось блаженство. Вторую половину он бережно завернул в относительно чистый платок и засунул в карман.

— Примите мою благодарность, — невнятно проговорил бомж. — Желаю вам встретить достойного избранника!

— Не за что, — засмеялась Лина. — А причем тут избранник?

— Потому что главное сокровище для девушки — достойный мужчина!

Лина улыбнулась, попрощалась и отправилась домой.

***

У маленького ночного огня собрались три тени.

— С книгой хорошо получилось, — сказал мужской голос. — Ты молодец.

Женский ворчливо ответил:

— Специалист я или что? Ясное дело, получилось. С кладов легче всего начинать.

Третий голос, тоже женский, проговорил:

— Давайте дров подбросим? Я ничего не вижу.

Огонь взвился выше. Проступили ободранные до бетона стены, неожиданно чистый цементный пол и трое в центре комнаты. Бомж деловито насаживал на прут картофелины и жарил их в огне маленького то ли мангала, то ли печки, библиотекарша разливала чай по кружкам, а Секретать задумчиво раскладывала сухие веточки, приготовленные для костра: большие в одну кучку, средние — в другую, совсем мелкие — в третью.