Дарк

Мне бы хотелось, чтобы у меня тоже такая была, − она усмехнулась: − Странное желание для стриптизерши, да?

− Ничуть, − улыбнулся я и подумал, что сейчас Оля совсем не похожа на ту надменную красотку, какой предстала передо мной при знакомстве.

Девушка хотела что-то сказать, но передумала и занялась дверным замком. Открыв дверь, вошла в квартиру и включила свет в полутемной прихожей.

− Подожди, я на пару минут, − сказал я и взбежал по лестнице на девятый этаж.

Вход на чердак оказался перекрыт крашенной в зеленый цвет решеткой с закрытой на висячий замок дверцей.

Чего-то подобного я и ожидал, но все равно немного огорчился. Если нагрянет Гробовщик со своими громилами, или полиция, то путей для побега не остается. Разве что, стать птицей и взмыть в небо. Возвращаясь к Оле, я мельком взглянул в окно между этажами. На улице зарядил мелкий осенний дождь.

Оля оставила дверь квартиры открытой. Судя по шуму льющейся на кухне воды, девушка была там. Войдя, я закрыл дверь, разулся и прошел по квартире. Она была двухкомнатной, квадратов на сорок, со скромным, но свежим ремонтом и новой сантехникой.

Я отметился в туалете, зашел в ванную, где на полотенцесушителе сохли красные кружевные трусики, а на стеклянных полках стояли баночки с маслами для тела и кремами для лица. Прежде чем покинуть этот уголок женской гигиены, я заметил на полке шампунь для мужчин и упаковку одноразовых мужских станков для бритья. Интересно, как часто в этой квартире ночуют мужчины? Не выйдет ли ко мне кто-нибудь из шкафа?

Вряд ли, имея постоянного партнера, Оля пригласила бы меня к себе.

Она упоминала, что Катя была в отношениях с Жекой, так что набор бритв и шампунь могли принадлежать ему. Вспомнился Жека, лежащий на полу с оторванными ногами — по крайней мере, его визита точно можно не ожидать.

Я взглянул в зеркало над раковиной, машинально провел ладонью по щетине на подбородке. Появилось четкое ощущение, что раньше я брился каждый день, считая щетину признаком небрежности, которую не терпел по жизни. Ну и занудой же я был, однако.

Приблизив лицо к зеркалу, я всмотрелся себе в глаза, пытаясь собрать единый образ: медвежатник, отсидевший срок за угон автомобиля, умеющий ловить пули руками и поджаривать силой мысли мозги, притом не любящий огнестрельное оружие, с недавних пор не курящий, не пьющий пиво и тщательно следящий за внешностью.

− Тебе самому-то не тошно от себя, такого правильного в таком неправильном мире? − спросил я у своего отражения.

Ответа не последовало.