В начале марта

В темно-коричневом домашнем костюме из ткани, напоминавшей шерсть барашка, Яна походила на медвежонка и выглядела едва ли не моложе Лели. Ее русые волосы, на пару тонов темнее волос Лели, были заколоты на затылке, и только пара прядей у лица выбились. Яна заправила их за уши. Когда была в сознании.

Единственное, что сильно выбивалась, это то, что Яна сидела на кровати с ногами в тапочках. Она не могла не разуться. Это же Яна. Следовательно, ее усадили насильно.

— Что с ней? — сказала Леля, не дождавшись ответа.

Да и на этот вопрос ответ был не нужен. Леля бросилась к кровати Яны и залезла на нее с ногами, так и не сняв балетки.

Она взяла Яну за ладонь, почему-то ожидая, что та окажется холодной. Но она была теплой. А сжав запястье, Леля нашла пульс. С трудом, потому что тот был слабым, но нашла.

Чернобог отошел к креслу, которое стояло в углу комнаты, и сел. Его длинные пальцы, кажущиеся слишком белыми на фоне темно-коричневой обивки, выстукивали какую-то неспокойную мелодию.

— Зачем я это делаю? — заговорил Чернобог, чего от него никто не ожидал.

— Ну что же. Вы еще слишком молоды, чтобы понять меня. Это не оскорбление, поймите, просто…

Чернобог замолчал. Что было ошибкой. Наверное, если бы он говорил и говорил, не давая Леле и Семе и слова вставить, то смог бы закончить свою речь. Возможно, в таком случае Леля даже смогла бы ею проникнуться и понять его. Но вместо этого недолгую тишину пронзила возмущенная речь:

— Что мы должны понять? — сказал Сема. — Почему ты рушишь людям жизни? Или почему из всех вариантов утоления своей скуки ты выбрал самый жестокий?

Его голос, обычно мягкий, прозвучал так резко и громко, что Леля дернулась.

Вместе с ней дернулась и Яна, которую Леля теперь обнимала за плечо. Она пока не хотела думать о том, что с сестрой. Ведь не могло это несчастье коснуться семьи Лели, ведь так? С Яной все будет хорошо. Она проснется и все вспомнит, потому что…

Ладно. Леля никогда не была реалисткой. Но пришла пора становиться ею.

— Скуки? — переспросил Чернобог.

Теперь он выглядел удивленным. — Как вы догадались? Хотя, наверное, это было не сложно. Да, это все со скуки… Никакого подвоха. Вам просто стоит провести в Нави столько же времени, сколько провел я, чтобы понять, что даже подобное, — Чернобог показал на Яну, — мне теперь не кажется таким уж плохим. Я не хочу убивать. Не хочу быть плохим. Я просто хочу перестать существовать. А для этого всего лишь нужно, чтобы меня забыли все, кто в меня верил.