Богатыристика. Тайны сухого озера

Может, из рассказов деда он всё-таки помнит гораздо больше, чем говорит?

- Новенькие, - объявил Тугарин, после того, как обе группы как следует друг друга рассмотрели, и сделали далеко идущие выводы, каждая - свои. - Ну что ж. Добро пожаловаться.

- Да мы, вроде как, в гости к тебе не напрашивались, - ершисто заметил Комик.

Я прикрыл глаза. Зря мы доверили переговоры именно ему. Но вообще-то, он сам себе всё доверил, никого не спросив. Так что…

Двенадцать человек, вместе с Тугариным, - посчитал я. - Сам бугор может оказаться как отменным бойцом, так и неповоротливым жирдяем.

Судя по выражению глаз и тому, как он подобрал под себя ноги - первое.

Обманчиво расслабленная поза Будды, настороженный ироничный взгляд… Руки с дико волосатыми пальцами спокойно лежат на коленях.

- А у вас не было выбора, - усмехнулся Тугарин, продемонстрировав крупные, с неприятным серо-зеленоватым налётом, зубы. - Впрочем, как и у нас.

- Ты о чём это, любезный? - высокомерно спросил Комик. Он стоял подбоченившись, выставив правую ногу.

- Отбирать последнее у беспомощных стариков - это, что ли, нет выбора? Может, вас кто-то заставляет, а? Так ты поделись, поведай о своей беде. Разберёмся.

Тут он, по-моему, чуток перегнул.

Но Тугарин не обиделся, а вновь усмехнулся и слегка сменил позу - расслабился.

- Новички, - повторил он. - Ничего-то вы не понимаете…

И засмеялся, негромко так, покровительственно.

За Бугром засмеялись и остальные - нестройно, вымученно. Они не находили в ситуации ничего смешного.

- А ну… - Тугарин вдруг сделался серьёзен, на чело его набежала туча. - Все вон.

Разношерстное воинство потянулось к выходу, мы остались на месте: очевидно, приказ покинуть курень нас не касался.

А жаль: воздух здесь был спёртым, наполненным крепкими звериными запахами. Дым от очага тоже не добавлял благоухания, а от жаркого несло тухлятиной.

Как только последний из гопников скрылся из виду, Тугарин преобразился. С лица исчезло наглое выражение, в глазах проступила обычная человеческая усталость.

Если убрать клыки и рога, думал я, то будет немолодой, потрёпанный жизнью дядька, судя по синим куполам на отвисшей груди - бывший ЗК.

- Выпьем, - объявил тот, доставая из-под своего сиденья бутылку с мутной жидкостью, судя по виду - самогоном. - И о делах наших грешных покалякаем.

За самогоном появились четыре гранёных стакана, сероватое полотенце с чуть раздавленными варёными картофелинами, яйцами и перьями зелёного лука.