Богатыристика. Тайны сухого озера

Сделав несколько шагов и считая про себя до десяти, открыл глаза.

Середина.

Облокотился на шаткие перильца, заглянул вниз… Под мостом дрейфовали громадные, больше метра в диаметре, листья кувшинок. Цветы были им подстать: крупные, с розовато-фиолетовыми лепестками.

Асфодели, - вспомнил я. - Цветы забвения.

На одной из кувшинок сидела толстая бородавчатая лягуха и насмешливо смотрела на меня. Я показал ей язык, и лягуха, обиженно квакнув, прыгнула в воду.

А я пошел к тому берегу.

Мультистрады жаль, - думал я, нащупывая подошвами ботинок круглые полешки.

О том, что ещё несколько минут назад я не помышлял ни о каком бегстве, я забыл.

И вот уже другой берег, пара шагов осталась, я ускорился и в последний раз перехватил рукой по перилам.

Соскакивая на землю - я не сомневался, что нахожусь на другой стороне - с размаху ткнулся Бабуину в бороду.

- Плакса, хорош чудить. Мы же ехать собирались, - психанул Комик.

Тогда я молча отошел в сторону и гостеприимным жестом пригласил его на мост…

Комик совершил двадцать попыток.

Он пытался ехать медленно, стараясь не сдвинуть ни одно полешко на мосту. Пролетал его одним махом, так что мост подрагивал и немилосердно скрипел, угрожая рухнуть в реку.

Пытался поворачивать с середины - как только замечал наши фигуры у начала перил…

В конце концов он завязал глаза носовым платком, и двинулся пешком, на ощупь, ориентируясь ладонями по перилам.

Сняв платок, устало плюхнулся на травяную кочку и тоскливо сообщил:

- Жрать охота. Давайте заканчивать эту лабуду.

Бабуин совершил всего одну попытку: сев на Голд Винг, легонько дал газу и величественно въехал на мост. Прогрохотал по поленцам и…

У нас с Комиком одновременно перехватило дыхание.

- Ёханый папитос, - выдохнул Комик, когда Голд Винг заглох. - Я уж думал, у тебя получится.

- Что-то здесь не так, - дёрнул бородой Бабуин.

Он не пытался слезть с байка, а сидел и морщил лоб, изображая титаническую работу мысли.

- Да ну? - вызверился Комик. - А мы-то думали: всё путём…

- Дед сюда приезжал, - игнорируя подколку, продолжил Бабуин. - Приезжал, и уезжал обратно. Ядвига его знала.

Оттолкнувшись ногами, он направил голду на дорогу, ведущую к гостинице.

- Правильно, Бабуинчик, отличное решение, - согласился Комик, подходя к своему спортику. - Утро вечера мудренее. Пожрём, в баньку сходим. А завтра попробуем снова.