Сестра печали любовь

– Вот что я тебе, девушка, скажу: никакого лекарства от колдовства нет. Потому что никакого колдовства, само собой, нет, – сообщил он ей. – Но вместе с тем встречаются вещи, которые невозможно объяснить. Это, собственно, никто не отрицает. Есть такое, да...

Он поковырял пальцем в ухе.

– Хотя, с другой стороны... Вот, сейчас говорят, что информация является полноправным строительным блоком вселенной, который имеет вполне определенные физические параметры... Масса там, плотность, протяженность... Не знаю, что еще. Понимаешь, о чем я? – Тамара кивнула – Понимаешь.

Так вот, с этой точки зрения разумного предположить, что и колдовство есть точно такой же реальный и полноправный блок. Мы о нем уже что-то слышали, в сказках вот читали, но в жизни пока еще не открыли. Но, может быть, к тому все идет.

Что с этим делать? Не знаю. Судить не берусь, не специалист в этой области. Пусть твой знакомый найдет бабку, старую-престарую, которая на таких вещах знается, и пусть она над ним пошепчет. Может, и поможет, кто знает? В жизни ничего исключать нельзя.

Но что исключить нужно, и можно, так это твое в этом деле участие, Голованова. Я тебя прошу, не лезь туда, Голованова! И уж во всяком случае, ни до чего не прикасайся руками! Это дело темное, и нечистое – не лезь, я тебя прошу! Потому что очень не хочется, чтоб ты нас безвременно покинула. Мы же с тобой еще даже не пообжимались как следует!

– Да ничего мне не будет! – легкомысленно воскликнула Тамара.

– Да? А помнишь, как возле палаты Перегожина ты в обморок грохнулась? Помнишь? Напомнить?

– Вспомнили тоже! То совсем другое было!

– А здесь – то самое! Слушай, Голованова, ты меня пугаешь! Я за тебя боюсь! Знаешь, что? Беги отсюда, Голованова, куда угодно! Хочешь, я тебе отпуск дам? Дополнительный, по семейным обстоятельствам? Загранпаспорт у тебя есть? Вот, с ним прямо туда, за бугор и дуй.

В Таиланд какой-нибудь, или на Бали. Куда еще ездят? Надо, я тебе и денег ссужу. Билет на самолет куплю, хочешь? Только улетай!

– Да что вы, Станислав Павлович, прямо панику какую-то развели.

Не нужно мне ничего такого! И опасности нет никакой, правда. Или избавиться от меня решили? Так я не согласна! Или это шутка?

– Пожелание, причем искреннее.

– Некуда мне бежать, Станислав Павлович. Да и не могу я: от себя все равно не убежишь.

– Я смотрю, ты сама шутки шутишь. Ну, как хочешь, Голованова, мое дело предложить. Но пообещай мне хотя бы одно, что будешь соблюдать дистанцию с этим твоим пигментированным знакомым.