Сестра печали любовь

Например, может, и даже не преминет прийти на помощь, на которую от него никак не рассчитываешь. Просто потому, что это соотносится с какими-то его принципами, которые у него есть. И которые он, к слову, никогда не озвучивает. Решит, что надо – и вытащит человека. Или решит, что нет – и пальцем не пошевелит, чтобы спасти, хотя это вообще ему ничего не будет стоить. Вот такое прекраснодушное чудовище, то доброе внутри, то совсем недоброе.

Ладно, как-нибудь! – в который раз попыталась успокоить она себя. Что будет, что грядет здесь, на самом деле где-то уже случилось, а, значит, суждено, так что волноваться бесполезно.

Лучше поберечь силы. В конце концов, все будет зависеть лишь от нее.

Все, как всегда, зависит от нее.

Она вдруг отчетливо поняла, что так нельзя. Так как она, безрассудно, беззаветно погружаться в целительство, как это было в последний раз с бабушкой – так больше нельзя. Иначе следующий раз станет для нее последним. Кого-то она еще, может, и спасет, но взамен потеряет себя. С огромной долей вероятности, сама и погибнет.

Как это ни печально, но ее ресурсы, и ее личные силы не безграничны. Собственно, они слишком малы, чтобы продолжать в том же духе.

Так, может, бросить все, пока не поздно? – мелькнула шальная мысль. Забыть обо всем и не вспоминать? Жить обычной жизнью, работать свою работу, делать перевязки, проводить процедуры, раздавать лекарства? Избегать нареканий начальства, быть как все?

А вот это все – жить обычной жизнью, быть как все – это у нее уже вряд ли получится.

Уж что-что, а что целительство, способность к нему пришли к ней, или, скорей, были дарованы ей свыше не просто так, – это она понимала. А раз так, значит, отказаться от этой ноши она не могла, да и была не вправе. Если любовь ее сильна настолько, насколько она о ней думает. Если действительно хочет, чтобы Сереженька вернулся.

Ох, аж в глазах потемнело!

Конечно, конечно! Разве есть, разве могут быть сомнения? Единственное ее желание – это! До последнего дыхания! Только так!

Но, видимо, есть условие, которое она должна исполнить.

Условие ей понятно.

Значит, она должна научиться помогать людям так, чтобы не навредить себе. По крайней мере, чтобы вред этот был минимальным, и, желательно, обратимым. Если такое вообще возможно. Надо понять, как это делать, иначе Сереженьки она просто не дождется. Жизни ее не хватит, дождаться. А должно хватить.

С умом надо все делать, с умом, а не так, зажмурив глаза, вниз головой в бездонный колодец бросаться.