Сестра печали любовь

Вообще, она заметила, что пол во всем помещении паркетный и выложен из больших дубовых плашек. Но в самом центре его был устроен остров из черно-белой мраморной плитки, уложенной в шахматном порядке, как на картинах малых голландцев, с замысловатым мозаичным, во флорентийском стиле, медальоном, распластавшимся в середке, под самой люстрой. Вот на этом острове и располагался центральный стол.

Тамара подумала, что мозаика больше бы выиграла, если б ничто ее не закрывало от восхищенных взглядов, которых она, несомненно, достойна.

Но, в конце концов, это ведь ресторан, а не Лувр, столы здесь главней и нужней любых элементов декора.

Ее усадили у окна, выходившего на реку, на высокий противоположный берег, где, освещенный ярким светом фонарей, возвышался над кручей иезуитский монастырь. Вид на город за рекой был до того хорош, что Тамара им невольно залюбовалась.

– Мы позиционируем себя, как солидный ресторан с ретро-оформлением и русской кухней, – тоном профессионального экскурсовода вещал Лев Евгеньевич.

– Вы сами можете видеть здесь, допустим, кирпичные своды и интерьеры в стиле аристократической гостиной XIX века. В меню же мы собрали популярные блюда русской кухни: мы сами лепим пельмени, готовим голубцы и блины, варим борщ, фаршируем перцы. А еще мы подаем соленья, оливье и холодец. Кроме всего прочего, гости могут попробовать рыбу, приготовленную на гриле. И, как ягодка на пудинге, в барную карту мы включили морс, компоты и квас. Короче говоря, есть все, что душа русского человека пожелает.

Тамара рассмеялась.

– Лев Евгеньевич, вы будто пресс-релиз зачитали.

Перегожин усмехнулся в ответ в своей грустной, смиренной, все понимающей манере. Тамара, глядя на его усмешку, поймала себя на мысли: а ведь этот человек явно может быть, и бывает, грозен, особенно когда утрачивает свою извечную сдержанность и повышает на кого-то голос. Пожалуй, он и закричать может. Холодок пробежал по ее плечам. Сильный человек и в гневе страшен, подумала она, лучше такого не злить.

– Так и есть, – между тем, охотно согласился с ней ресторатор. – Очень, кстати, удобно: выдаешь выжимку сути, основное. Немного сухо получается, зато ничего не забываешь. А если кого-то что-то конкретно заинтересует, можно осветить более развернуто. Впрочем, давайте не будем отвлекаться от ужина. Меню перед вами, что пожелаете отведать?

Тамара, не раскрывая, отодвинула от себя карту.

– На ваше усмотрение, – сказала она. – Ем я немного, но люблю, когда вкусно.