Роман с феей (рождественская сказка для взрослых)

– И исполнять несвойственные нам роли.

– Да, именно так. Надевать маски, исполнять роли, – проскрипел Эйхоф. – И жить во флигелях для прислуги. И пользоваться наёмным авто. И питаться пищей, какую во времена моей молодости не рискнул бы вкушать и крестьянин. Наше влияние умаляется. Мы всё больше отходим в область сказок, преданий, мифов.

– Вы совершенно правы, дорогой граф.

 Они брели втроём мимо полок, и Николай молча катил за Айви деревянную скрипучую, как и сам граф, тачку, в которую девушка, после одобрения хранителем, складывала нужные книги.

На присутствие Николая оба небожителя по-прежнему не обращали внимания. Он был простым слугой, рабом, при котором хозяева могли говорить о важных вещах, не придавая значения лишней паре ушей. Где-то так.

– Знаете, Айви, – сказал граф. – А ведь вы не первая столкнулись с подобной проблемой. И мне кажется, всё это не просто так. Да-да, уж поверьте чутью старика.

– Надеюсь, получив нужные книги, граф, я разберусь, что к чему, – поклонилась овда.

 ***

 В мотеле "Озёрный" (обыкновенном мотеле, без волшебства и волшебников) Айви заплатила за два номера обычными рублями, которых у неё оказался приличный запас наличными, и, получив ключи с массивными номерками, бросила один Николаю.

– Не вздумайте дать дёру, добрый человек, – предупредила она, когда их никто не слышал. – Если охотники найдут вас одного, ничто не сможет спасти вашу побитую молью шкуру.

– Спокойной ночи, сударыня! – сказал он слегка поклонившись.

– Надеюсь, – ответила она и отправилась к себе в номер.

 Николай разделся и с удовольствием забрался в ванну. Весь этот забег, длинною в два дня, он пытался оценить своё положение, но только оказавшись в состоянии относительного покоя, смог обдумать его без спешки. Однако с ним произошла странная вещь. Начиная размышлять о чудесах, магии, врагах и упавших на плечи обязательствах (всё это ещё плохо укладывалось в сознании, противоречило прежнему опыту и знаниям), Николай раз за разом спотыкался об образ Айви, после чего мог думать уже только о ней.

Эта девушка казалась воплощением мечты. Конечно, следовало сделать поправку на чувственность, обычную гиперболизацию, как следствие гормонов, выброшенных благодаря эффекту любви с первого взгляда. Но при любых поправках, Николай сохранял уверенность, что таких женщин, как Айви, ему не доводилось встречать во всей своей прежней жизни. Именно прежней, потому что теперь началась совершенно иная жизнь.