Мистраж: Северный ветер

Марина знала, кто я такой – и все равно меня любила. После разговора с вами я перечитал письма, которые она написала мне перед самым концом – и вдруг осознал, что именно скрыто между строк. Моя жена осознанно жертвовала собой, чтобы помочь мне выжить и не сойти с ума. Она подпитывала меня своей фантазмой, пока я метался и отчаянно стремился стать человеком. Когда Марина умерла, я обвинял кого угодно, но только не себя. Ведь я был убежден, что победил свое чудовище.

– Вы сделали это, – уверила Снежана. – Я не чувствую рядом с вами никого другого.

Значит, ее жертва не была напрасной. Вы больше не причинили зла.

– И все же я так легко вызвал свою сущность – будто бы не посадил ее когда-то на цепь, не раздавил в глубинах сознания. Я ошибался: нельзя убить в себе зверя. Можно лишь не отвечать на его зов.

Судья помолчал, разглядывая свои дрожащие скрюченные пальцы.

– К ненастью соль сыреет, – вновь подал голос он. – Так говорили в дни моей юности. Когда над кем-то сгущаются тучи, он рано или поздно сделает промашку.

Я знаю, что для меня все кончено. Слишком уж усердно я взращивал в мистражах ненависть к верпам. Попрошу лишь об одном, пани Волчек. Вы ведь еще вхожи в Муниципалитет… В письменном столе в моем кабинете есть неприметный ящичек – в нижнем левом углу. Такая смышленая девушка, как вы, без труда его отыщет. Там лежат письма Марины. Передайте их Виктору. Пусть он знает, что я не хотел никому причинить боль. Просто я был чудовищно слеп и поглощен лишь собственной войной.

– Я постараюсь, – кивнула Снежана.

– Пусть мой племянник прочитает, только прочитает их! Я даже не надеюсь, что он когда-либо меня поймет.

– Виктор поймет. Хоть вы и сделали все, чтобы он никогда не понял.

Снежана медленно выпрямилась.

– Да, – с удовлетворением сказал Лев Андреевич. – Вот так. Вы сейчас похожи на древнюю богиню правосудия. Прекрасное воплощение. Только помните, что в ее руках должен быть меч, а на глазах – повязка. Именно это я сказал в своем кабинете, когда считал себя добром, а вас – злом.

Теперь роли поменялись, но я повторю то же самое. Делайте, что должны, пани Волчек. Не бойтесь. Ход все равно найдут, меня обнаружат. Другие мистражи превратят правосудие в месть, что в корне неправильно. Так что в этом смысле я полагаюсь на вас.

Требовался всего один шаг – и Снежана его сделала. Она схватилась за железный запор и с силой его прокрутила. Дверь со скрежетом приотворилась.

– Что вы делаете? – удивился судья.

– То, что должна.