Богатыристика 3. Проклятье мертвой головы

- И зачем они нужны? - всё-таки встрял Комик, чем заслужил хмурый взгляд как от меня, так и от хозяина.

- Демархи - очень влиятельные в Городе люди, - обиженно сообщил хозяин. - Мановению их мизинца повинуются толпы людей: хоры, которые славят императора и спортсменов. Потом, перед самими гонками, на арене ипподрома будут гимнастика, певцы, артисты и дикие животные - за это тоже отвечают демархи. Чего не все знают, - понизил голос хозяин, склонив гладкое бабье лицо над столом, - Демы отвечают и за то, чтобы не было драк после гонок - ведь кто-то обязательно проиграет, провалятся ставки, и много хороших людей будут пребывать в огорчении.

А раз так - у демархов есть свои, пусть небольшие, но отлично обученные армии. Это, в свою очередь значит, что демы очень влиятельны - везде в городах, где есть ипподромы, да и в других тоже, ведь болельщики есть везде.

- Демов всего два, - уточнил я. - Так как делятся приезжие спортсмены? Кто определяет, к какому дему их отнести?

- Жребий, конечно, - пожал округлыми плечами хозяин.

- Жеребьёвка, кстати, начнётся сегодня, так что вы приехали вовремя. Сразу после - квалификационный заезд.

- Лучше бы ты расспросил, как нам попасть во дворец, Плакса, - буркнул Комик, стоя у огромных ворот Сакрум Палатум, Священного Дворца. - А то заладил своё: гонки, гонки…

- Тебе известно такое понятие, как «конспирация»? - понемногу раздражаясь, спросил я. - Необязательно каждому встречному и поперечному докладывать, зачем мы здесь на самом деле.

- Я согласен с Плаксой, - кивнул Бабуин. - Это тебе не Лебедянь, где каждая собака знает, что ты - богатырь, Комик. - Для здешних ты - просто коротышка, метр с кепкой, на коньках.

- Это я - метр с кепкой?.. - Комик, как бойцовый петух, наскочил на Бабуина и схватил за бjроду.

Я отвернулся.

Толпа вокруг нас собралась немалая. Все чего-то ждали.

Но ворота, бронзовые, тяжелые, с двумя мозаичными скорбными ликами на своде - Юстиниана и Феодоры - оставались закрытыми, и отряд этериев, в шлемах с плюмажами, в длинных кирасах, с обнаженными мечами - недвусмысленно давал понять, что таковыми они и останутся.

Что-то здесь не так.

Мысль не давала покоя, грызла с того самого момента, как мы сошли на берег. Беспокойство получило свою пищу и ночью, когда мы нарвались на вампира.

И вот сейчас, стоя перед наглухо закрытыми воротами дворца, я недоумевал: ведь есть же просители - они всегда ползают у ног сильных мира сего.