Богатыристика 3. Проклятье мертвой головы

Многие герои ввязывались в это гибельное предприятие. Получить благодарность самого базилевса - за это стоит рискнуть. Но…

- Да-да-да, - нетерпеливо оборвал Комик. - У них ничего не вышло, и никто из них не вернулся, иначе базилевс не скакал бы по ночным форумам и не кусался, как комар-переросток.

Прокопиус посмотрел на Комика со страхом и восхищением: здесь не привыкли, чтобы базилевса называли комаром.

- Но мы - не они, - многозначительно добавил Бабуин. - У нас есть неоспоримое преимущество.

Купец пренебрежительно фыркнул.

- Если вы имеете в виду свою геройскую сущность - то не слишком обольщайтесь. Тут таких героев - пучок на копейку в базарный день.

- Это кто тебе пучок? - тут же завёлся Комик.

- Послушайте, - мягко остановил его Прокопиус. - В первую очередь вам надо уяснить, что здесь - не Лебедянь. Рипейское княжество - всего лишь островок, суша, окруженная водой, по сравнению с громадным материком Империи Константина. Один, два, а тем более, три богатыря - этого достаточно, чтобы хранить мир и покой небольшого государства.

Здесь - совсем другое дело. Герои возникают буквально ниоткуда, они растут, как грибы после дождя - и конечно же, всех их манит Город - подвиги, слава, благосклонность базилевса…

- Но империя Константина не имеет ни одного прохода на Ту сторону, - вставил я. - Иначе нам не пришлось бы добираться сюда целый месяц.

- Это не важно, - купец мечтательно улыбнулся. - Империя - это центр Зоны, а Город - её сердце, средоточие всего, Корона Мира.

Рано или поздно здесь оказывается любой, кто хоть чего-то стоит.

- Погоди, погоди, - Комик наморщил загорелый до черноты лоб. - Хочешь сказать, что здесь, в Городе, богатырей - как собак нерезаных?

- Героев, - поправил Прокопиус. - Здесь вас называют именно так.

Геракл, - припомнил я. - Ахиллес. Братья Диоскуры, Кастор и Поллукс. Одиссей.

Все они - герои, то есть, те, кто совершает подвиги, как дышит.

Полубоги.

И возможно - только возможно, - что они до сих пор где-нибудь здесь живут.

Я помассировал виски - это фалернское, которое Бабуин назвал чачей, здорово бьёт в голову.

Некоторое время меня беспокоила одна мысль, и наконец-то я её ухватил за хвост.

- Ты пытаешься нам сказать, - я посмотрел на Прокопиуса, сам не веря тому, что говорю. - Что в гонках на Ипподроме участвуют одни… герои?

- Базилевс - очень справедливый человек, - кивнул купец. - У всех должны быть равные шансы, он так решил. Иначе нет никакого смысла.