Богатыристика 3. Проклятье мертвой головы

- Ты что, не мог все одного цвета стырить? - Комик натянул на запястье зелёный браслет, нам с Бабуином достались синие.

- Да какая разница? - Бабуин натянул свой, и погладил ребёнка по голове. - Спасибо, друг. Мы твои должники.

- Ну… - протянул пацан, глядя куда-то в небо, на несуществующие облака.

- Выкладывай, - повелел Комик.

- Исторически, зелёные воюют с синими, - сказал мальчишка. - Демархи, Зеуксипсос и Девкалион, это как бы естественные враги, соперники. Демы тоже соперничают между собой, особенно, во время гонок.

У кого круче охрана, кто пригласит больше знаменитых артистов, кого отметит вниманием базилевс… И конечно же, чья команда победит. Отборочные - это ещё и война, - серьёзным голосом вещал мальчишка. - Уничтожить как можно больше противников - задача не менее важная, чем добраться до ворот Феодосиуса.

- То есть, - медленно проговорил Комик. - Мы теперь - как бы враги, что ли?

- Не «как бы», - пацан показал кавычки. - А по-настоящему. Сегодня ночью разрешено всё: вас могут убить, вы можете убивать… Главное - чтобы не было никакого оружия, за этим строго следят этерии.

- Дак… - растерялся Комик. - Здесь же камер, поди, нет. Как они за всем уследят?

Мальчишка молча указал на ближайшую к Ипподрому крышу - какие-то бани, судя по куполам и струйкам ароматного пара.

- Эк, - усмехнулся Лёха. - А я думал, это статуи.

Вдоль всего портика стояли солдаты, в броне, в гривастых шлемах, с длинными, в рост человека, луками.

- Так по всей Меси, - поведал мальчишка.

- Если им что-то не нравится - тут же стреляют.

- И тем самым прореживают грядочку, - со знанием дела кивнул Комик. - Просто интересно: и какому демарху они принадлежат?

- Этерии - гвардия базилевса, - укоризненно покачал головой ребёнок. - Они принадлежат только ему.

- Кстати! - присев на корточки перед пацаном, я заглянул ему в глаза. - Базилевс тоже будет на улице этой ночью?

Представилась длинная, рокочущая, воняющая выхлопами, металлическая колонна, и наблюдающий за ней золотой мальчик, где-нибудь на высокой крыше, подобравшийся, сосредоточенный, хищно выбирающий очередную жертву.

- Кир Константин принимает участие в гонке, вместо со всеми, - прорвался в мысли голос ребёнка. - Никто не знает, на какой он будет машине, во что одет и… за какой дем выступает. Равные шансы для всех.

Он не может больше ездить верхом, - подумал я. - Максимум - вот так, в колеснице, чтобы лошади не чувствовали запаха мертвечины.