Кандидат в Маги

– И все-таки… Эрик некоторое время наблюдал за работой «гребца» их железной галеры и, наконец, спросил: - Вам не слишком тяжело? Может, помочь вам? - Бесполезно, - усмехнулся олигарх. – Это все равно, что помогать ходить. Так уж устроена моя личина, что толкать дрезину для меня – это нормальное состояние. Так что я устал не больше вашего. Вот если бы вы поговорили со мной о чем-нибудь – был бы вам очень признателен. Не часто, знаете ли, доводится мне беседовать с нормальными людьми… - А с кем приходится? – поинтересовался Эрик.

 - Хм…  - щека у олигарха нервно дернулась, и он даже сильнее налег на качающийся рычаг дрезины. – Да всякие, знаете ли, пассажиры бывают. Хорошо, если гномы. С ними, правда, особо не разговоришься – у них вечно свои дела, да производственные проблемы. А часто лезут в метро всякие охотники за легкой наживой. Будто не понимают, что ничего хорошего здесь не найдут, кроме приключений на собственную… Ну вы в курсе. Ну, эти бывают очень разговорчивые. Некоторые даже узнают меня. И в этом случае такого можно в свой адрес наслушаться… Олигарх вздохнул. - А однажды пришел сюда один мой старый знакомый. Когда-то по молодости, да  по глупости решили мы с коллегами устранить его… гм… от дел… - Убить, то есть, - уточнил Богдан. - Ну… да, - неохотно согласился прикованный. – Не я, конечно, все решал, не я киллера нанимал, но ведь и против тоже не выступил. Так вот, пришел этот старый знакомый, сел вот сюда, напротив, и говорил: «Это ты меня убил, я знаю. А теперь, говорит, вези-ка меня прямо в ад…» Пришлось везти… - Стоп, - похолодев, проговорил Богдан. – Кто сказал – убитый?! - Ну, да! – пожал плечами олигарх. – Видимо, пришел мне на совесть давить… - И вы его в ад повезли, - кивнул Эрик. – Славно. И как там, в аду? - Это все минералы, - неуверенно вставила Криста, косясь на рассказчика. – Порода здесь такая, на психику действует… - В аду, как раз, довольно неплохо, - спокойно сказал олигарх. – Только тесно очень… За этими странными разговорами прошла большая часть пути. Наконец, дрезина выехала к стрелке. Это была очень странная стрелка. Дело в том, что она разделяла рельсовый путь не на два, а на три направления. При этом центральный путь вел прямехонько в бетонную стенку. Высоко над головами же, словно какой-то уродливый сталактит, торчал из потолка булыжник со светящейся, как вокзальное табло, надписью:

НАПРАВО ПОЕДЕШЬ – МЕТРО КОПАТЬ БУДЕШЬ.