Кандидат в Маги

НАЛЕВО ПОЕДЕШЬ – ВСТРЕЧНЫЙ ПОЕЗД ПОВСТРЕЧАЕШЬПРЯМО НЕЛЬЗЯ. НЕ ВИДИШЬ – СТЕНКА?

 - Ну, копать метро у меня нет никакого желания, - заявил Богдан. – Я, конечно, ужасно уважаю Бригадира, но гномовская работа не для меня. Да и встречаться с его славными ребятами сейчас просто недосуг. - Ехать по встречному пути – это тоже довольно экстремально, - заметил Эрик. – С детства не любил кричать «У-у-у!» в железнодорожные тоннели… - Тогда остается только прямо, - прищурилась Криста. – Милейший… Как вас вообще называть правильно? - Называйте уж Олигархом, раз вам это нравится, – отозвался раб дрезины.

– Мне все равно… - Скажите, любезный Олигарх, мы сможем… э-э-э… Проехать сквозь эту стену? – поинтересовалась Криста. – Не зря ведь сюда путь ведет? - Ну, а это уже не от меня зависит, - сказал Олигарх и попытался развести руками. Только цепи не дали этого сделать, коротко и угрожающе звякнув. Олигарх сгорбился и покорно склонился над рычагом. - Все дело только в том, что вы сами видите за этой стеной, - тихо сказал он.  - Я знаю, что там должно быть, за этой стеной, - решительно сказала Криста. – Мы ведь все знаем, верно, любители? - Ага, - сказал Богдан, - Мы все предполагаем. Почти наверняка. Там что-то должно быть. - У кого будут хоть малейшие сомнения, сквозь стенку не пройдет, - предупредил Олигарх. – Так что определяйтесь сразу… - Пойду стрелку переведу, - сказал Эрик, спрыгивая с дрезины. – Эк! Готово! Олигарх оглядел пассажиров, вздохнул. И налег на рычаг. Эрик запрыгнул в дрезину уже на ходу. Стенка приближалась все быстрее. - Ну, вот, - сказал Богдан. – Сейчас нас размажет… - Взялись за руки! – крикнула Криста и схватила друзей за ладони. – Заклятье стен! Друзья зажмурились и быстро забормотали заклятье. А через секунду раздался грохот и визг металла. Дрезина треснулась о стнену, соскочила с рельсов и замерла. Любители исчезли. Раб дрезины некоторое время сидел неподвижно. Затем слегка привстал, просунул ноги сквозь дырявый пол и без особых усилий приподнял дрезину, словно огромную уродливую юбку на самом себе. Дрезина, глухо стукнув колесами, снова встала на рельсы. - И кого только ни приходится возить, - проворчал себе под нос Олигарх и звякнул цепями. Злорадное эхо лишь расхохоталось в ответ звоном веселых колокольчиков

  Тихону Сидоровичу нравилось быть гномом.