Камень преткновения

Тьфу, отстань! Я вообще за посудой пришла, теперь хозяйка наругает!

Продолжая испуганно бормотать, Нора бросилась к сушилке и суетливо зазвенела чашками.

Мои ноги будто примерзли к полу. Звон – нервный, дребезжащий – эхом отзывался в опустевшей голове, где трепыхался только знакомый адрес. На улице Пристойной.

На Пристойной держал лавку Меркатор.

На Пристойную мне и надо.

Всплеск дикой магии крушил дома, гигантскими невидимыми кулаками ломал, как спички, стволы деревьев и перетирал брусчатку в пыль.

Затем он породил кровожадных тварей.

А если лавку зацепило дикой магией? Превратило в груду кирпичей? Или на тротуаре вязким ужасом растекаются багровые лужи?

На подгибающихся ногах я пересекла зал, полный галдящих посетителей, толкнула входную дверь. Свистящий ветер швырнул в лицо горсть холодных дождевых капель.

Не будет никаких луж. Кровь легко смоется потоком воды.

Так же легко, как Всплеск дикой магии смывает людские жизни.

Улица Пристойная, застроенная светлыми двухэтажными домами с нарядными фасадами и яркими вывесками, торцом упиралась в ажурную стену Железного Кольца.

Район - предел мечтаний для жителей окраины Безгар. Здесь, в относительной близости от гаралиевых копей, Всплески случались гораздо реже, чем около границы города, плавно переходящего в нескончаемые пустоши.

Но сегодня Пристойной не повезло. Я поняла это, едва вывернула с грязного проулка на мокрую булыжную мостовую.

Далекое металлическое кружево полупрозрачной, обманчиво хрупкой ограды Железного Кольца едва виднелось, прикрытое серой занавесью дождя.

Да и прохожих было не больше, чем на заброшенном кладбище. Всех разогнала погода? Нет. Встав, как вкопанная, я таращилась на провал, который выбитым зубом чернел в аккуратном ряду домов. На бесформенную кучу кирпича на месте когда-то симпатичного особнячка.

Нора не напутала. Теперь я отчетливо представляла, что происходило на рассвете.

На горизонте краснела тонкая полоска зари. Несмело звенели первыми трелями птицы, по пустынной улице гулко грохотала бидонами проезжающая повозка молочника.

В двухэтажном доме с бронзовым флюгером в форме петуха хлопнула дверь, и на мостовую, ежась от холода, шагнул зевающий горожанин.

Дом за его спиной затрясся. Мелко, как-то растерянно, будто сам недоумевая, что происходит. Застучал ставнями, начал ронять черепицу. Из чердачного окна, вереща, вылетела стая мелких пичуг, за ними рыжим комком шлепнулся на брусчатку воющий кот.