Иконоборцы

Хотя он как следует подкрепился, выезжая из Москвы, дорога была неблизкой, перехватить в пути ничего не удалось, и теперь на подъезде к матери городов русских жрать хотелось просто до той самой едреной матери. То-есть настолько, что уже приходилось внимательно следить за собой, дабы не закусить каким-нибудь первым попавшимся под руку специалистом.

Он изобразил глубокий вздох, поднялся, нашарил на лавке свою фуражку и пошел вслед за провожатым.

Вообще-то особой нужды в провожатом не было, ибо Камил уже успел обшарить весь бронепоезд на предмет укромных уголков, и с сожалением заметил, что единственное преимущество этих стальных вагонов – это исключительно малое количество окон.

Что и делало их столь удобными для перемещения боевой группы.

– Доброй ночи, товарищ Камил! Как настроение?

– Жрать очень хочется, товарищ Кореец, у тебя точно штрафников не завалялось?

– К сожалению, – развел руками низенький плотный сородич, здорово напоминавший хомяка, если вы конечно можете представить хомяка в морском кителе и портупее.

– Только наши революционные товарищи, которые нам очень понадобятся в ближайшее время, потому как будут прикрывать ваши задницы во время нашей операции.

– Ладно, перехвачу что ни будь на вокзале, – покладисто согласился Камил, усаживаясь напротив него. – Что у нас за план на сей раз?

– Ага, директивы у нас такие, – Кореец разорвал бумажный конверт, нацепил маленькие круглые очечки и близоруко сощурился над бумагой. – Перехватить, усыпить, доставить… ну это ясно, ага, воно как! Ага… ага.

.. В городе еще правит старорежимный Князь, ставленник поляков – Пан Погольский. Все его называют просто Пан. У него в плену одна персона, которая очень важна для Совета. Итак. Значить, пока наш бронепоезд блокирует вокзал, товарищи Камил и Ствол высаживаются на станции и идут, якобы, выражать почтение благородному собранию. А на деле узнают ее местонахождение и или высвобождают пленника, или сообщают нам, и мы выставляем им ультиматум. С занесением в ихнюю грудину! Вопросы есть?

– А почему местные, значить, товарищи не могут нам этого сообщить? – подал из угла голос бородато-волосатый красноармеец, которого Камил вначале вообще принял за труп.

– Опять, значит, в самое пекло соваться?

– Местные товарищи – через одного контра и мелочь пузатая, добыли информацию о ценном пленнике, но дальше что-то сделать – кишка у них тонка, вот поэтому Совет и прислал наш спецотряд. Спе-ци-ально! Ясно?

– Мне, ясно – кивнул Камил.