Иконоборцы

Как его звать, или как мы его узнаем?

– Все есть, звать Анесса Блэксторм, иначе известная как …

– Ночная Птица? Здесь?? – Ствол подался вперед всем телом, – Мы будем ловить Ночную Птицу? Она же мертва уже лет двадцать? Ее сожгли в Лейпциге в начале века. За то неудачное предсказание.

– Ну, во-первых, оно было не неудачным, а не приятным. А во-вторых, приказы Совета не обсуждаются! Прикажут – будем ловить хоть самого Каина!

–Типун, тебе на язык, – поморщился Ствол, – связной-то хоть будет? А то я в Киеве и не был никогда.

– Меня звать Камил, и я тоже тронут перспективой совместной прогулки по неизвестному ночному городу. Особенно по такому древнему и, безусловно, населенному крайне интересными существами.

– Понятно, когда вокзал?

– Никогда, остановимся на товарных путях. Выйдете со станции, увидите на углу тумбу с афишами, возле тумбы – человека в сером пальто и в кепке.

Пароль: «Где можно купить птичьих перьев?» Отзыв: «Зачем покупать – их тут и так везде достаточно».

– Слушай, Кореец, а какой идиот у нас там пароли придумывает? Вы еще «Как пройти в библиотеку» спросите!

– Ствол, если б ты не был такой умный, то давно бы уже был где-нибудь повыше.

– Это на небесах что-ли?

–Това-арищи спеецотрядовцы, – прервал их Камил, – если вы закончили обмен любезностями, может быть, мы уже приступим к заданию. А то жрать охота, так что еще полчаса прений, и я за себя не ручаюсь.

Как раз в этот момент состав сильно дернулся и остановился. Кореец, не ожидавший такой подставы со стороны машиниста, сильно качнулся,  уронил очки под стол и нырнул вслед за ними.

Камил, пользуясь случаем, пододвинул к себе фотокарточку и коротко сквозь зубы выматерился. Это была фотография портрета, очень знакомого портрета незнакомой женщины.

Камил аккуратно подцепил фото двумя пальцами за уголок и сунул его качнувшемуся в его сторону Стволу, после чего похлопал ладонью все еще ползающего под столом Корейца по пояснице.

– Счастливо оставаться, – и пошел к выходу.

– В добрый путь, товарищи, – хрюкнуло из-под стола.

Спрыгнув на погрузочный перрон, Камил аппетитно принюхался. Пахло привычным страхом обывателей многократно переходившего из рук в руки города, паровозным дымом, и еще какой-то гадостью, которой всегда несет на вокзалах.