Искатель: Проклятие Древней крови

Надо было сразу спросить о цене!

И ведь что обидно — наверху чай попроще можно пить совершенно бесплатно!

Глава II. Письмо для Бродэка

Рваные дыры в кучевых грязно-серых облаках напоминали Щенку о запаршивевших овцах. У него чесались руки найти лестницу подлиннее, взобраться повыше и сбрить вислые лохмотья над черным морем. А что, занятие ничем не хуже, чем разглядывать сквозь слуховое окошко хмурое небо, искать задницей занозы и ждать, пока Старый Лис сменит гнев на милость.

Больное горло саднило, в правом боку давала о себе знать отбитая печенка, а левый глаз распух после недавней драки.

Чтобы занять руки полезным делом, Щенок крутил в пальцах перекидной нож. Хотелось научиться выхватывать перо даже быстрее, чем Волк, но не доставало опыта: узкий нож после неудачного кульбита вырвался из пальцев и серебряной стрелой сверкнул вниз. Чуткое ухо Щенка уловило, как нож с глухим звуком воткнулся в деревянный настил.

— Да штоб тебя, холера!.. — Щенок повозился, насколько позволяла веревка, свесился с потолочной балки и крикнул, без особой надежды, что его кто-то услышит и тем паче послушает: — Дайте чо-нить пожрать, чо-ли! Я грю, брюхо к позвонкам прилипло, слышь?.

.

Разумеется, ему никто не ответил. Щенок от души сплюнул, но этого ему показалось мало, чтобы выразить свое отношение к методам обучения, принятым в Ночной гильдии.

— Да штоб вас всех разом да в одно и то же место! — сорвался он, устав прислушиваться к безучастной тишине. — Задрали! Не дадите пожрать — слезу и сам возьму!

Он опять повозился, чтобы ненароком не сверзиться, и затих.

Навострил слух с болезненной гримасой на подвижном смуглом лице.

— Ну всё! Вы у меня вот уже где все, — Щенок стукнул ребром ладони у основания шеи. — Правила, законы — затолкайте себе в задницу, да поглубже! Я сматываю. Ненавижу этот унылый вонючий городишко, ненавижу!

«Ненавижу!» — отозвалась затхлая тьма.

«Ненавижу, когда на меня не обращают внимания», — эти слова рвались из больной груди, но Щенок удержал их внутри.

Горькие слова застряли комком в горле, он подавился ими, поперхнулся и потом долго и тщетно пытался откашляться. Ядовитый воздух проклятого Белого города разъедал легкие и заставлял глаза слезиться. Не раз и не два Щенок жалел, что увязался за Волком. Пошёл бы он, этот Волк! Пошли бы они все единым строем да прямиком Владетелю в зад!

Щенок безуспешно подёргал хитрый узел на веревке, что впилась в горло, но тот не поддался.