Хирургическое вмешательство

Я вижу такие вещи. Давайте сядем в машину и поговорим спокойно.

— Мда, — сказал Менгра. — Мда. Пиво будете?

Ксе молча принял бутылку. Сергиевский поколебался, глядя на зажатую в лапище стфари емкость с дешевым пойлом, а потом махнул рукой:

— Давай.

Ксе сидел, уставившись на собственные колени; лицо его было злым и угрюмым. Рассказ его длился недолго, но каждую фразу шаман точно вырезал из себя ножом. Жень, как приклеенный, пялился в окно, и Даниль ему сочувствовал: любому станет погано, когда при тебе посторонние люди обсуждают такие вот подробности твоей судьбы… Аспирант отхлебнул из горлышка и не почувствовал вкуса.

— Что теперь делать, я не знаю, — ледяным тоном сказал Ксе. — Если вы все равно всё видите… вы можете…

— Я не жрец, — сказал Даниль почти на автомате. Зверски тянуло закурить, но он сознавал, что выходить из машины или открывать окна сейчас не следует. «Надо же, — смутно удивился он. — Я как будто с ними заодно. И чего это так?..»

И ответ явился немедля — Даниль понял.

Он понял, что был заодно с этим усталым шаманом и несчастным божонком с самого начала — задолго до того, как впервые позвонил Ксе, еще до того, как вообще узнал о его существовании. С той минуты в лаборатории Ящера, когда не всерьез, с мимолетной усмешкой пожалел того, кого будет травить адский зверинец.

«Нам нужна аналогичная система с функциями силового захвата», — повторил он про себя слова плосколицего жреца в дорогом костюме, и мурашки потекли по спине. Хорошо, как же хорошо, что Лаунхоффер не дал им Охотника, им, этим паскудам, которые, не дрогнув, зарезали на алтаре пятнадцатилетнюю девочку, родную дочь того, кому они ее приносили… но он дал им Ищейку.

И вторую тварь дал, хищную птицу, предназначение которой оставалось для Даниля тайной. Прежнее праздное любопытство превратилось теперь в раздражение на грани стыда: если бы только знать, для чего создан ястреб Лаунхоффера!..

— Мыслишь? — поинтересовался Менгра, прищурившись.

Даниль вскинул лицо: он понял, что имеет в виду жрец-стфари.

— Мыслю, — честно сказал аспирант. — Думаю, почему так все получилось.

— Что?

— Вас ведь уже находили.

И снова они вытаращились на него; даже маленький бог развернулся, оторвав нос от стекла. Сергиевский сдержал невольную улыбку.

— Так получилось. Я кое-что знаю об этом, — сказал он. — Вас искали с помощью особой системы, созданной в нашем институте. А поймать почему-то не смогли.