Перекресток пяти теней

***

Колеса пели, и слегка покачивался вагон, убаюкивая. Лине всегда нравились поезда, а с появлением метро она просто влюбилась в них. Только здесь удавалось отрешиться от забот, закрыть глаза и представить, будто летишь, раскинув невидимые крылья, в черной бесконечности, полной звезд. Отсутствует время, нет иных пассажиров. Существует лишь она, темнота, перестук и завывающий в тоннеле ветер.

Увы, все закончилось, стоило поезду вынестись на свет.

— Станция «Новые Черемушки», осторожно, двери открываются, — произнес безразлично-доброжелательный женский голос, и Лина, поднявшись с кресла, заняла место в очереди выходящих пассажиров.

Сорок колонн через каждые четыре метра — уважала бы Лина нумерологию, обязательно нашла бы в данном сочетании цифр какой-нибудь тайный смысл. Скорее всего, зловещий. Вот только «Новые Черемушки» производили иное впечатление. Лине станция казалось очень светлой и доброй. Колонны, отделанные желтоватым мрамором, создавали ощущение дома. Путевые стены, облицованные белой и совсем немного черной и коричневой керамической плиткой, немного напоминали ванную комнату.

Лина, пожалуй, если бы захотела, смогла бы ощутить приятную теплую влажность и запах детского шампуня. Пол, выложенный серым и красным гранитом, казался пестрым паласом.

Эхо, обитающее под землей, многократно усиливало звуки шагов, шарканья ног, разговоры, вздохи, стук сердец. Правда, слышать умели немногие. Лина могла. А еще — вычленять биение какого-то одного сердечка и находить среди множества других.

Сегодня это и вовсе было сделать легче легкого: оно частило, а иногда и пропускало удары. Обладательница его очень торопилась к выходу.

Лине пришлось ускорить шаг. Вскоре она чуть ли не бежала по платформе, постоянно вертя головой и поправляя большие очки с толстыми линзами в квадратной серебряной оправе. Резко остановившись у лестницы, она резко развернулась, сделала шаг в сторону, и…

— Ай!

Столкновение вышло такой силы, что обе девушки рухнули на пол. Какая-то старушка тотчас же посетовала на вечно спешащую молодежь, другая предположила, будто обе пьяны, аж на ногах не держатся, или обкуренные, поскольку запаха алкоголя почему-то нет.

Незнакомый мужчина в черном пиджаке и темно-синих джинсах взял Лину под руку и поднял на ноги, незамедлительно удалившись. Она только и успела поблагодарить его в спину. Вторая пострадавшая вскочила сама, но не смогла сделать и шагу: тонкий каблук на ее туфле отломился.

— Вот черт, — нервно кусая губы, выругалась она.